Я действительно старалась помочь всеми силами, но, видимо, этого было недостаточно. Потому что этот самый дом не рассказал и не нашептал мне рано утром о том, что в нём происходит что-то странное, поэтому проснулась я уже когда Адалинды не было в спальне.
От грохота, проснулась и, резко соскочив, подбежала к окну, которое выходило во внутренний двор. Напротив распахнутых дверей конюшни и кухни стояли обозы. Бочки с чем-то. В мешках фураж. И лошади выведенные наружу.
Сердце ёкнуло, мне показалось, что Герберт уезжает, но, присматриваясь дальше, я понимала, что нет, Герберт решил здесь поселиться, потому что телеги были наполнены снедью, провиантом, всем, чем только можно, и некоторые уже выезжали со двора.
На одной красноречиво лежал какой-то ящик, длинный, в человеческий рост.
Я прикусила губу, отошла от окна и, заглянув в ванную через несколько лучин, вышла в коридор, спустилась на первый этаж, застав невозможно довольного Герберта, который стоял и что-то выговаривал Руперту.
Сын злился, прикусывал губы.
— Что это означает? — Произнесла я недовольно и надменно.
— Ничего такого, о чем бы тебе необходимо было знать, но поскольку я все-таки здесь, то уведомлю — я собираюсь немного позаботиться о поместье, ты ведь сама ничего не можешь, даже фамильные камни напитать силой.
Я проглотила это оскорбление и, вскинув подбородок, призналась.
— Не надо, тебе достаточно просто уехать.
Но Герберт усмехнулся и покачал головой.
— Уеду, когда сам захочу.
А ближе к обеду я поняла, что чего-то не хватает.
Поднявшись к леди Инесс, я коротко спросила:
— Где господин Йен?
Леди Инесс пожала плечами и произнесла:
— Со вчерашнего вечера я его не видела, мне казалось то, что он занят какими-то своими делами…
Но Фридрих уже сказал, что Йен не выходил из своей спальни.
Добежав до комнат рабочих, я постучала в дверь. И от нетерпения переступила с ноги на ногу. Фридрих, который сопровождал меня, потянулся и, вытащив ключ из связки, открыл дверь.
Спальня была пуста, разложенные вещи остались на небольшой полке и длинной скамье.
Я, развернувшись, медленно вышла и, найдя Герберта на заднем дворе, тихо спросила:
— Телега, которая вывезла сегодня рано утром продолговатый длинный ящик…
Герберт усмехнулся клыкасто, а потом, не выдержав моего обескураженного лица, расхохотался.
— Какая же ты у меня наблюдательная, Анна! И гроб не проглядела даже!
Глава 17
— Наблюдательная… — тихо произнесла и сделала шаг назад. — Тв понимаешь, что ты человека в гробу вывез!
Мысли метнулись…
А если на самом деле убил…
— Ты понимаешь, что я не собираюсь терпеть наличие какого-то мужика в своём доме рядом со своими детьми, рядом со своей женой!
— Я твоя бывшая жена, а дети тебе не нужны. Йен занимался воспитанием Руперта, помогал ему подтягивать военное дело. Тебе же это никогда не нужно было, — зло произнесла я, в голове судорожно ища варианты того, как помочь наставнику сына. Если телеги уходили в город, то надо написать градоправителю. Или, может быть, я не знаю, у меня были знакомые в ближайшем городе. Пекарь. Ещё пожилая леди Равена, которая составляла лекарственные настои…