Warhammer 40,000. Семь Клятв Святой Девы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Хранитель поднял здоровую клешню. Я увидел её краем глаза. Большой хитиновый серп шёл на меня медленно, мучительно медленно для живой твари, но более чем достаточно быстро, чтобы разрубить меня от плеча до таза одним лёгким движением.

Я отпустил рукоять, одной рукой схватился ближе к кожуху и повернул меч. Без умения и почти без понимания, что я вообще делаю. Просто вспомнил, как Эдна провернула оружие в ране, и повторил это движение, навалившись всем телом, потому что уже не хватало сил чтобы совладать со злобным оружием Сестры Битвы.

Зубья соскочили с твёрдого края и провалились глубже. Хранитель задрожал. Без всякой последней демонической позы или инфернального хохота. Хитин вокруг бедра пошёл мелкими трещинами. Внутри что-то оборвалось с глухим звуком, и по мечу ударила такая вибрация, что у меня мгновенно онемели пальцы. Клешня не дошла до меня, упала в метре с глухим стуком.

Хранитель посмотрел на меня единственным глазом, что ещё держался в глазнице и буравил так, будто тварь пыталась запомнить моё лицо перед тем, как окончательно издохнуть. Я не стал смотреть в ответ. Нечего мне было там искать. Сейчас у меня в руках был своенравный, тяжёлый инструмент и он всё ещё работал. Этого было достаточно.

Я снова нажал на активатор. Рана раскрылась от бедра до самого низа живота. Из Хранителя хлынула уже не кровь, а тёмный дым, жирная гарь и чёрная каша, теряющая форму прямо на плитах. Варпова плоть подыхала. Она ещё пыталась быть телом. Собиралась уродливыми складками, тянулась тёмными нитями, цеплялась за хитин и саму себя, но цепной меч с молитвой рвал эти нити, как обычная пила рвёт сухожилия у давно остывшего мертвеца.

А потом демон начал уходить из нашего мира. Его просто начало становиться меньше. Край бедра раскрошился и осыпался, живот провалился внутрь, клешня дёрнулась и почернела, будто её жгли изнутри. Воздух вокруг раны пошёл лиловыми, маслянистыми разводами, и на долю мгновенья мне показалось, что из этой проклятой туши выдирают всё мясо обратно в варп, откуда оно и приползло.

Я вырвал меч из тела демона слишком поздно и сразу же это понял. Ихор уже горел на кожухе и зубцах цепи. Металл нагрелся так, что рукоять обожгла ладони даже через изолятор, кровь и грязь. Зашипев, я дёрнул цепной меч на себя, и он вышел из распадающегося демона с влажным хлопком. Тяжёлое оружие сразу врезалось зубьями в плиту у моих колен.

Хранитель рухнул. Огромная туша ударилась грудью о роккрит, дёрнулась, выгнулась и начала проседать внутрь себя, как сдувающийся мешок. Нижняя пасть захлопнулась. Потом открылась снова, но звука уже не было. Только дым, вонь и чёрная жижа, которая медленно растекалась по трещинам в полу. Я сидел рядом на коленях и держался за рукоять меча обеими руками. Пальцы свело судорогой, спина дико горела от удара. Во рту стоял вкус собственной крови, а глаза жгло так, будто мне плеснули в лицо дезинфицирующим раствором. За спиной Тимон что-то говорил или плакал. Марта семиэтажно ругалась. Ферр отдавал сухие, резкие команды, и лазганы всё ещё били по оставшимся тварям у самого разрыва.

Я не сразу понял, что Хранитель Секретов больше не пытается подняться. А когда до меня дошёл этот нехитрый факт, первым делом я захотел посмотреть как там Эдна, но не тут-то было. Демонский ихор жёг глаза. До этого мне как-то не доводилось побеждать таких серьёзных противников. Отчего-то я отчётливо понял в этот момент, что быть победителем чемпиона Хаоса мне не понравилось.

ПЕСНЬ ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Хранитель Секретов лежал передо мной и продолжал распадаться. Грудь провалилась внутрь с влажным хрустом. Костяные дуги — или что там у демона служило рёбрами — вывернулись наружу и почернели. Изящная женская ладонь с когтями дёрнулась в последний раз и рассыпалась пеплом. Лицо твари ещё сохраняло правильные черты, но кожа уже пузырилась, стекала тёмными складками и теряла форму.

От туши несло горелым мясом и приторно-сладкими духами, от этого амбре сводило в спазме желудок. Чёрная жижа растекалась по трещинам в роккрите, шипела на плитах и поднимала тонкий дымок.

Я попытался разжать пальцы на рукояти меча. Кисти свело судорогой так крепко, что пальцы пришлось отрывать по одному. Изолятор на рукояти расплавился от демонского ихора, и синтетика прикипела к ладоням вместе с кровью и грязью. Я потянул руки в стороны, разрывая спёкшуюся корку, и цепной меч Эдны упал на плиту с тяжёлым лязгом.

Лазган ударил где-то справа. Потом ещё один, и ещё. Ферр отдавал команды — сухие, с числами, секторами и углами. Бой продолжался. Демонетки ещё лезли из разрыва.

Я встал. Колени подогнулись, но удержали. Спина отозвалась тупой болью от удара об укрытие, но позвоночник работал, иначе я бы не поднялся. Глаза жгло так, будто под веки насыпали раскалённого песка. Ихор попал в лицо, когда тварь начала распадаться. Слёзы текли по щекам, смешиваясь с липкой вонючей дрянью.

Я попытался проморгаться. Не помогло. Сквозь мутную пелену я различал силуэты, движение, вспышки выстрелов. Ферр стоял в десяти-двеннадцати метрах справа. Ствол его плазменной пушки светился оранжевым от перегрева. Оставшиеся в живых гвардейцы — двое или трое — вели огонь по тварям. Сёстры Ари и Мариам рубились с демонетками.

Эдна… Где Эдна?

Я помнил, куда она упала. Три метра левее, может четыре. Она передала мне меч, назвала тварь Хранителем Секретов и велела закончить дело во имя Бога-Императора и Золотого Трона. Потом я перестал её видеть, потому что воткнул цепной меч в рану демона.

Я сделал шаг в её сторону и чуть не споткнулся о тело Ливия. Старший медикатор лежал на спине, раскинув руки. Горло было вскрыто от уха до уха, кровь на роккрите уже успела схватиться тёмной коркой. Я нагнулся и подобрал его длинноствольный лазпистолет и пошёл дальше. Ливию я уже ничем не мог помочь.

Серафим лежал у прохода в Зал Саркофага. Старый защитник находился там, где до последнего стрелял по тварям из разрыва и не давал им уйти к саркофагу.

Сколько ещё мы потеряем, прежде чем закроем этот варп-разлом? Ответа у меня не было.

Эдна нашлась там, где я её оставил. Я опустился рядом на колени, и руки начали делать привычное раньше, чем я успел подумать. Пульс ещё прощупывался — слабый, нитевидный, но он был. Дыхание — поверхностное, с влажными хрипами на выдохе.

Силовая броня вскрыта от ключицы до пояса. Клешня Хранителя сделала это за один удар. Керамит вошёл в плоть вместе с когтем, осколки торчали из груди и живота. Плохо, но именно осколки не давали открыться кровотечению. Кровь текла медленно. Видимо давление падало.

Повреждена печень, возможно и селезёнка, а может быть, и лёгкое.

Я достал из подсумка последний перевязочный пакет и прижал к ране на животе. Без хирурга, операционного стола, чистого инструмента и крови для переливания она погибнет гарантированно в ближайшие полчаса, а может и раньше. Я знал, что пакет её не спасёт, но всё равно его прижал.

Эдна открыла глаза. Серые, почти прозрачные радужки с жёлтыми крапинками у зрачка. С трудом на мне сфокусировалась.

— Ты… Закончил? — спросила она тихо.

— Да.

— За… Императора…

Она с усилием моргнула. Потом закрыла глаза. Грудь поднялась в последний раз и больше не двигалась. Пульс больше не прощупывался. Сестра Эдна, принёсшая обет на Печати Меча, погибла.