В самом деле, согласно датировке, предложенной Я. Дрийверсом (мы рассматривали его аргументы выше), Грациан-старший занимал пост комита Африки на рубеже 320-х и 330-х гг., в этом смысле вполне возможно, что именно он как раз и был первым постоянно действующим комитом Африки, его полномочия не ограничивались каким-то определенным временем. Так же как и префект, контролировавший всех гражданских наместников, комит руководил военными силами всех африканских провинций, под его командованием находились и стационарные пограничные гарнизоны, и экспедиционные войска. Об этом четко свидетельствует надпись из знаменитого города Лептис Магна (современный Хомс в Ливии), который находился на территории провинции Триполитания[497]:
Praedicabilis in/tegritatis et benivoli / vigoris iustitiae singu/laris Flavio Victoriano /
comiti [–] per Africain / quod defesso territorio / nimia incursatione ba[r]/barorum
P[–]QV[–]NS[–]B[–] / excubiae [–]d[–]que [–]ente mo/deratione iudiciorum
ob e[ius(?)] / tam reipublicae [–]/ quam privatorum restifruit] /
etiam [–] Lepcim[agnens]/[es
И. Тантилло датировал эту надпись 373–378 гг., когда должность комита Африки занимал Флавий Викториан, — основанием для исследователя послужила другая надпись, на этот раз происходящая из Мавритании Цезарейской, которая тоже упоминает данного персонажа:
Salvis ddd(ominis) nnn(ostris) Imperatoribus Invictis principibus /
Valefrite] Gratiano et Valentiniano perpetuis maximis / Victoribus ac triumfatoribus
semper Augustis /Fla(vius) Victorianus v(ir) c(larissimus) prim(i) ordinis comes Africae /
semper ves[tro numini devotus] castram dedicavit
Сопоставив эти две надписи, И. Тантилло пришел к выводу, что комит Флавий Викториан обладал и военной и гражданской властью: с одной стороны, он защитил город Лептис Магну в Триполитании от набега варваров (очевидно, племен мавров), восстановил городские стены и усилил оборону местности, а с другой — активно занимался вопросами гражданского управления. В самом деле, он руководил деятельностью судей, контролировал исполнение судебных приговоров, следил за состоянием и пополнением городских финансов[498].
Мы же хотели бы обратить внимание на другой факт — Флавий Викториан усиливал оборонительную систему Африки во всех её регионах, в зависимости от того, где возникла военная угроза. В самом деле, он восстановил городские стены Лептис Магны в Триполитании и отразил набеги варваров на этот город и его окрестности, но он же построил и новую крепость в другой провинции — в Мавритании Цезарейской, о чем сообщает составитель надписи CIL VIII 10937= 20566. Другими словами, военные полномочия комита Африки распространялись на все провинции Северной Африки, более того, время от времени комит Африки получал и полномочия гражданской власти.
Положение и правовой статус комита Африки в период после 324 г. значительно отличались от ситуации, сложившейся в 312–324 гг.: тогда в регионе, судя по нескольким источникам, действовали сразу несколько комитов. Оплату Милевитанскому[499] принадлежит высказывание: «Как утверждают, они (епископы. — Е. Μ.) написали Таврину, в то время — комиту, что они не могут исправить таких людей (циркумцеллионов. — Е. Μ.) в церкви… тогда Таврин [в ответ] на их письма приказал, чтобы вооруженный воин отправился на рыночную площадь, где по обыкновению блуждал гнев циркумцеллионов» (Taurino tunc comiti scripsisse dicuntur huiusmodi homines in ecclesia corrigi non posse… tunc Taurinus ad eorum litteras ire militem iussit armatum per nundinas, ubi circumcellionum furor vagari consveverat. — Optat. Milev. III. 4, ed. C. Ziwsa, CSEL 26, p. 82, 1. 16–20). Несколькими строками ниже Оптат пишет, что затем епископы «приняли в такой ситуации решение обратиться к комиту Сильвестру с просьбой о вооруженном воине» (invenerunt in tanta necessitate consilium, ut a Silvestro comite armatum militem postularent. — Optat. Milev. III. 4, ed. C. Ziwsa, CSEL 26, p. 83, 1. 13–14). Эти слова позволяют предположить, что в период до 345 г. (см.: PRLE I, р. 878–879, sv. Taurinus) в данном регионе находился некий комит Таврин, к которому местные ортодоксальные епископы, размещавшиеся в городе Багай (Bagaiensis, современный Багхай на востоке Алжира), обратились с просьбой арестовать лидеров циркумцеллионов — представителей радикального движения секты донатистов, обитавших в основном в сельской местности.
Из сообщений Оптата видно, что в период до 345 г. в Нумидии действовали сразу два комита, и, на наш взгляд, нумидийский епископ рассказывает о ситуации, сложившейся в период между 312 и 324 гг.; другими словами, для решения проблем, связанных с донатистами и набегами мавров, Константин отправил в каждую из провинций Африки, где возникли такие проблемы, специальных чиновников в должности комита, эти комиты обладали военной властью. Мы не можем считать комитов, действовавших в Нумидии, постоянными региональными чиновниками — как раз наоборот, их полномочия были исключительно временными, они прибыли в данный регион строго для решения четко поставленных задач. Судя по всему, Константин отправил сразу нескольких комитов в Нумидию, и еще нескольких — в Африку Проконсульскую, т. е. в те провинции, где набеги мавров и волнения среди донатистов достигли наибольшей остроты.
Ранее мы уже цитировали слова из жития Доната, сведения этого текста позволяют заключить, что между 317 и 322 гг. некий комит Леонтий вместе с дуксом Урзатием, проводившие гонения и судебные процессы против донатистов, размещались в Карфагене, т. е. в столице Африки Проконсульской. Августин в своем полемическом произведении «Против сочинений донатиста Петилиана», где он рассказывает о своем споре с одним из духовных лидеров донатистов, цитирует слова Петилиана, который обратился к Августину с таким упреком: «Погиб Макарий, погиб Урзатий — все ваши комиты, они в равной мере погибли от Божьей кары. Ибо Урзатий был убит в сражении с варварами» (Periit Macarius, periit Ursatius, cunctique Comites vestri, Dei pariter vindicta perierunt. Ursatium namque barbarica pugna prostratum. — Aug. Contra litt. Petii. II. 92. 202, ed. Μ. Petschenig, CSEL 52, p. 125, 1. 26–28). Согласно протоколам состоявшегося в 411 г. поместного собора в Карфагене, на котором произошли диспуты между донатистами и ортодоксальными епископами, представители донатистов назвали в числе гонителей своей церкви Леонтия, Урзакия, Макария, Павла, Таврина и Романа (Nam ut omittamus quantus sanguis Christianus effusus sit per Leontium, Ursacium, Macarium, Paulum, Taurinum, Romanum, ceterosque executores — «В самом деле, мы не станем говорить о том, сколько христианской крови было пролито из-за Леонтия, Урзакия, Макария, Павла, Таврина, Романа и прочих гонителей». — Mansi, Vol. IV, Col. 240С).
На основании сведений Оптата и Августина мы можем предположить, что между 317 и 322 гг. в Северной Африке размещались сразу несколько чиновников в должности комита, и их главными задачами были борьба с нападениями мавров и преследования донатистов, соответственно, Урзатий, Макарий и Леонтий действовали в пределах Африки Проконсульской, а Таврин, Сильвестр и, возможно, остальные из перечисленных ранее комитов находились на территории Нумидии. Соответственно, сообщения Оптата и Августина отражают тот период, когда в Северной Африке не было должности единого комита для всех провинций Африки. В таком случае возникает вопрос, какие новые войсковые подразделения прибыли в Северную Африку или были созданы на территории данного региона после учреждения регулярной должности единого комита Африки?
Прежде всего начнем с сообщения Оптата Милевитанского, который утверждает, что по приказу комита Макария, действовавшего совместно с другими комитами, «прибыли оруженосцы с колчанами [стрел] и каждый город наполнился вопиющими» (venerunt сит pharetris armigeri, repleta est unaquaeque civitas vociferantium. — Optat. Milev. III. 1, p. 68, 1. 6–7). Учитывая, что Оптат Милевитанский был противником донатистов, можно предположить, что под вопиющими он имел в виду как раз толпы донатистов, которые были либо разогнаны, либо арестованы воинами Макария во многих городах Северной Африки. Тем не менее для нашей темы важно упоминание войсковых подразделений, вооруженных луками и стрелами. Оптат называет их оруженосцами (armigeri), и, судя по всему, данное наименование содержало в себе не общий литературный смысл (любые вооруженные отряды), а узкий административный, т. е. слово armigeri — это официальное название определенного вида регулярных римских подразделений в Северной Африке.
Я. Ле Боек в целом допускает возможность, что лучники-оруженосцы, упомянутые в труде Оптата Милевитанского, продолжали размещаться в Северной Африке и к 373 г., когда в этот регион вместе со своими войсками прибыл Феодосий-старший[500], мы же хотели бы поставить другой вопрос: кем были эти лучники, т. е. кто служил в подразделениях под названием armigeri? Для ответа на этот вопрос обратимся к надписи из города Милана на северо-западе Алжира, она упоминает подразделение armigeri:
M(arcus) Seleu[—] / Aurelius NVCFV/ sierices armigero/rum Aureli Masuc/ani
SVNPP pra(e)fectus / ENTIMADI / cum [
В тексте этой надписи мы хотели бы обратить внимание на слово praefectus ('начальник'): на наш взгляд, оно представляло собой административный термин, т. е. подразумевало официальное наименование должности префекта племени, praefectus gentis. К. Лепелле отметил, что в позднеримской Северной Африке префектами племен были римские чиновники, возглавлявшие племена мавров, эти племена жили либо на границе с владениями римлян, либо непосредственно в пределах римских провинций. По мнению исследователя, большинство таких чиновников размещались в Триполитании и Мавритании Цезарейской, там племена мавров получали даже право расселения и проживания в пределах римских земель, а взамен они подчинялись уже не своим племенным лидерам, а специально назначенным префектам, осуществлявшим прямой контроль над племенными ополчениями мавров[502]. Ч. Летта подчеркнула, что сам институт префекта племени по своему происхождению восходит к эпохе Принципата, с того времени должность префекта племени занимали жители городов Северной Африки, т. е. представители местного романизированного населения, обладавшие правами римского гражданства[503].
А. Вайсс предположил, что префекты племен не только возглавляли какое-либо племя или родовую группу мавров, но и формировали из этих мавров этническое войсковое подразделение, находившееся на службе в местной римской армии. А. Вайсс поддержал идею Ч. Летты о том, что префекты происходили не из семей кочевых нероманизированных мавров, а из оседлого городского романизированного населения Северной Африки. По мнению исследователя, фактически в лице префекта племени тот или иной крупный город управлял кочевыми мавританскими племенами, жившими в сельской округе города[504].
Мы полагаем, что префекты племен не только возглавляли войсковые подразделения, сформированные из подчинявшихся им мавританских племенных кланов, но и отвечали за строительство укреплений, в которых данные этнические отряды выполняли свою службу. В подтверждение приведем текст надписи из города Тизи-Узу в центральной части Северного Алжира, эта надпись была опубликована еще в CIL VIII 9010 (р. 768), тем не менее последнее по времени чтение этой надписи предложил И. Тантилло в 2014 г., соответственно, цитируем документ по его чтению, для нас принципиально важно, что надпись датируется 328 г.[505]:
M(arcus) Au[r(elius) —] /ММ[—]еп[—] /expr(a)ef(ecto) v(eteranus?)
cen/tenarium afu/ndamenta su/is sum(p)tibus fe/cit et dedicavit/
p(rovinciae) CCLXXXVIII
Судя по всему, Марк Аврелий, упоминаемый в надписи, до 328 г. занимал должность префекта племени. К 328 г. он вышел в отставку и на свои средства построил небольшую крепость: мы полагаем, что, во-первых, он провел строительные работы не по своей инициативе, а в рамках общественной государственной повинности, которая возлагалась на состоятельных горожан-землевладельцев, входивших в состав городских органов власти. Во-вторых, в центенарии, построенном на деньги бывшего префекта, разместился тот отряд, которым он ранее и командовал, другими словами, этот племенной отряд стал гарнизоном новой небольшой крепости[506].
По результатам сопоставления надписей CIL VIII 9613 и CIL VIII 9010 можно, на наш взгляд, заключить, что войсковые подразделения под названием armigeri представляли собой как раз те самые племенные этнические отряды, которыми командовали префекты племен, и в таком случае данные боевые отряды выполняли свою службу на постоянной основе, они были регулярными подразделениями. Таким образом, отряды armigeri состояли из мавров, их кадровый состав пополнялся за счет мавританских племенных ополчений, подчинявшихся крупным римским городам. Судя по упоминанию центенария в надписи CIL VIII 9010, можно предположить, что по своему военному рангу и правовому статусу отряды armigeri принадлежали к местной пограничной армии Северной Африки, т. е. они представляли собой стационарные гарнизоны и размещались в крепостях на различных участках границы[507].
Очевидно, таких отрядов в Северной Африке было довольно много — об этом позволяют судить и сведения Оптата Милевитанского, и непрекращающийся процесс строительства самих центенариев. О том, что строительство центенариев на официальном, государственном, уровне продолжалось и в начале IV в., свидетельствует латинская надпись из города Бир-Аддада на северо-востоке Алжира, она была опубликована в CIL VIII 8713, но, как и в случае с надписью CIL VIII 9010, её новое, последнее по времени чтение предложил И. Тантилло, цитируем текст по его чтению[508]:
[497] Leptis Magna. Una città e le sue iscrizioni in epoca Tardoromana / A cura di I. Tantillo, F. Bigi. Cassino, 2010. P. 365, no. 29.
[498] Tantillo I. Praesides, comites, duces. La Tripolitania e l'amministrazione… P. 190.
[499] Оптат Милевитанский — епископ города Милеум (Милевис — Milevis) в Нумидии (сегодня — город Мила на северо-востоке Алжира), живший примерно в 320–390 гг.
[500] Le Bohec Y. L'armée romaine d'Afrique de Dioclétien à Valentinien I // L'armée Romaine de Dioclétien à Valentinien Ier. Actes du Congrès de Lyon (12–14 septembre 2002) / Éd. par Y. Le Bohec et C. Wolf. Lyon, 2004. P. 257.
[502] Lepelley Cl. La préfecture de tribu dans l'Afrique du Bas-Empire // Mélanges d'histoire ancienne offerts à William Seston. Paris, 1974. P. 287–288, 290–292.
[503] Letta С. I praefecti di tribù non urbanizzate in Africa e in Europa // L'Africa Romana: atti del 14. Convegno di studio / A cura di Μ. Khanoussi. Sassari, 2002. P. 2104, 2106–2108.
[504] Weiß A. Das Amt des praefectus gentis in den kaiserzeitlichen nordafrikanischen Provinzen//Antiquités africaines. 2006. Vol. 42. S. 101–102, 104, 107, 110–111. Д. Легран тоже разделяет мнение Ч. Летты — по его мнению, большинство известных по надписям префектов того или иного племени, представляли собой не военных, а лиц гражданского статуса, происходивших из населения крупных городов. См.: Lengrand D. Le limes intérieur de la Notitia Dignitatum: des barbares dans l'Empire// Frontières et limites géographiques de l'Afrique du Nord Antique. Hommage à Piene Salama. Paris, 1999. P. 231–232.
[505] Munzi Μ., Schirru G., Tantillo I. Centenarium… P. 57, no. 6.
[506] Д. Легран предположил, что центенарий, построенный Марком Аврелием, представлял собой не военный, а гражданский объект, этот центенарий выполнял функции обычного жилого дома (помещения) в пределах крупного земельного участка (имения), принадлежавшего Марку Аврелию, но мы не согласны с позицией исследователя. См.: Lengrand D. Le limes intérieur de la Notitia Dignitatum… P. 230–231.
[507] Д. Легран предположил, что центенарий, построенный Марком Аврелием, представлял собой не военный, а гражданский объект, этот центенарий выполнял функции обычного жилого дома (помещения) в пределах крупного земельного участка (имения), принадлежавшего Марку Аврелию, но мы не согласны с позицией исследователя. См.: Lengrand D. Le limes intérieur de la Notitia Dignitatum… P. 230–231.
[508] MunziM., Schirru G., Tantillo l. Centenarium… P. 57, no. 5.