– А девочка? – вставил Федя. – Кондопога?
– Роза! – придумала Юля.
– А при чём тут Карелия?
– А вы напишите «Петрозаводск» на бумажке. Поймёте.
До Аси дошло первой.
– Алексеевна, ты гений! Шифр получился. Встречаем: Петька, Роза и Кивач.
Когда девчонки ушли, Ася решила посоветоваться с Федей о Викином деле.
– Федь, есть разговор.
Она вкратце передала ему суть. О сверхспособностях пока умолчала: пусть Вика и разрешила рассказывать Феде, но сейчас это не относилось к разговору.
– То есть бабушка с дедушкой не будут об этом знать? – уточнил тот, выслушав.
Ася нахально помотала головой.
– Не думаю, что это правильно, – заметил Федя.
– Понимаешь, я тоже за правду. Тут как раз правда и есть.
Федя был до противного благоразумен.
– Всё-таки они за неё в ответе. И мы не можем знать, что с ней случится, если правда будет травмирующей. Вика подросток.
– Федь, она очень просила. Ей в неведении трудно жить.
– Ты опять всё примеряешь на себя, – мягко возразил Федя. – И потом, это может быть опасно. И для тебя тоже.
Ася заискивающе улыбнулась.
– А я снова надену твои штаны и буду уродом-невидимкой.
– Не знаю, Ась. Не знаю. Мне всё равно не нравится.
Ася вздохнула. Поезд остановился на полустанке, люди в трениках наводнили местную стекляшку.
«Посмотрим, – сказала она себе. – Может, и в самом деле не стану. Хотя бы ради Феди».
Глава 7
Юля поднялась в лифте на двенадцатый этаж и позвонила в квартиру № 208. Дверь ей открыл очень хмурый человек, в котором с опозданием можно было узнать Вику. Зелёные радужки глаз контрастировали с красными белками, губы потрескались, а нос, обычно аккуратный и изысканно-бледный, был теперь кругл и тоже красноват. Юля подумала о том, что шутка Рустэма Ильясовича «Тусуешь?!» здесь обрела бы новую жизнь.
– Что, всё так плохо? – поприветствовала она подругу.
– Нет, всё замечательно, – отозвалась Вика. – Заходи.
Котята Кивач и Петька успели подрасти: теперь их нельзя было посадить на ладонь так, чтобы какая-нибудь лапка не свисала вниз. Розу, их сестрёнку, уже отдали.
– Ну что, братаны, – Вика до последнего пыталась сохранить бодрый вид, – настало время перемен?
Юля аккуратно посадила их в котоноску. Серый Кивач потёрся о брезент, белый Петька тревожно выглядывал. Вика надела жёлтые кеды и взяла ключ.
– Что же ты так? – спросила Юля, когда они спускались на лифте.