– У тебя что-то случилось?
Девчонка слезла с подоконника и подошла к своей койке.
– У меня много чего случилось, – сказала она и села прямо на подушку. – У всех случается. Каждый день, каждую секунду.
Сейчас Елена могла разглядеть её вблизи. На первый взгляд у девчонки было вполне обычное лицо: острый, но не вздёрнутый нос; брови, не обезображенные пинцетом, хотя безобразие сейчас и модно у сверстниц; тонкая и угловатая линия подбородка, впалые щёки и равномерная сероватая бледность кожи. Иней в пасмурную погоду.
Так вот, лицо было бы вполне обычным, заурядным, даже неинтересным, если бы не глаза. Глаза у девчонки – большие, а цвет похож на полувымытую бирюзу её волос. Но самое главное – они были умными. Умными и какими-то растерянными. В художке Елена иногда писала однокурсниц, и с портретов потом часто смотрели такие вот умные и растерянные глаза.
Девчонка и тут поджала ноги, подобрала сорочку и продемонстрировала острые коленки.
– А вот что лучше, – спросила она, – любить или чтобы тебя любили?
– В смысле?
– В прямом. Смотри: есть мужик, которого ты любишь. Но вы с ним вместе не будете. И есть тот, кто любит тебя. Но его ты сама не сможешь полюбить никогда. Вот что бы ты сделала?..
Пока Елена думала, что ответить, девчонка продолжала:
– Ты скажешь, конечно, что надо искать компромисс… Это я уже слышала.
– Я пока ничего не говорю, – заметила Елена, но снова подумала о том, что бесполезно что-либо отрицать и ей всё равно не поверят. Что тут сделаешь? Человек придумал себе вину, а теперь лежит в койке и ждёт нападений. Ярлыки, которые клеишь на собственную душу, – самые прочные.
Девчонка, однако, только махнула рукой.
– Тебя как зовут?
Елена представилась.
– А тебя?
Девчонка не ответила.
– Первый мужик – это отец ребёнка? – уточнила Елена.
– Ага. Тот, кого люблю. А нужна другому. И вот как?
– Искать третий вариант? Не компромисс. А именно третий.
– У тебя мама есть? – вместо ответа спросила девчонка.
– Ну, есть.
– Лет ей сколько?
– Да какая разница? – рассердилась Елена. Они с мужем ждали уже второго – старший ходил в первый класс. А тут какая-то бывшая школьница с излюбленной у них тактикой: я буду задавать глупые вопросы, но с таким видом, будто познала вселенскую истину.
– Прости, что лезу, – вдруг сказала девчонка и даже действительно как будто раскаивалась.
– Всё в порядке.
Девчонка сползла на спину. Лёжа на спине, согнув ноги, уставилась в грязный потолок палаты и снова заговорила.
– Тебя Лена зовут, да? Знаешь, обычно ведь учитывают прошлое человека, если надо как-то его оправдать. Когда нужны смягчающие обстоятельства. Всё равно судят. Мы все судьи. Лучший способ испортить своего внутреннего судью – это пойти учиться на юриста.
– Ты училась на юриста?
– Было.
Конец ознакомительного фрагмента.