Она развлекала котят, давая им пальцы на растерзание, и сквозь заляпанное окно наблюдала за парочкой на платформе. С одной стороны – цветастое платье и чёрные волосы. С другой – дорожный рюкзак и лицо, обычно вытянутое, а сейчас в кои-то веки чуть округлившееся: ночь с котятами не прошла для аллергичного Тэма бесследно.
– Глянь, – Ася кивнула в их сторону, – порода такая есть, собаки-улыбаки. Вот вылитые они на выгуле.
– Хаски, что ли? – Федя покачал головой. – Неточное сравнение. Хаски язык высовывают.
– Ну тебя. Они и так скоро грустненькие будут. Когда эйфория пройдёт.
– Ты лучше скажи, ставки сделаны?
– Ага.
За окном Марина коснулась ладонью Тэмовой щеки. Тэм засмеялся и – видимо, стесняясь своей припухлости – мягко отнял от лица Маринину руку, но так её и не выпустил.
– Ну давайте уже целуйтесь… – Ася прижала пальцы к стеклу, пытаясь прибегнуть к телепатии. – Я что, зря на вас пятихатку ставила?
– Не дождёшься, – добродушно сказал Федя. – Сегодня мой день.
Марина и Тэм легонько обнялись и разошлись в разные стороны: он в поезд, она к себе.
– Кажется, кто-то сегодня проставится. – Федя просиял и погладил Асю по голове. – И кажется, это буду не я.
– Да чтоб тебя. – Ася хлопнула рукой по вагонному столику. – Ладно, не всё ж тебе в покер рубиться и продувать.
Поезд тронулся, котята снова заверещали. Ася вынула из котоноски мальчиков – серого и белого – и прижала к себе. Федя поколебался, но вынул серую девочку.
– Ась, по правилам они в котоноске должны быть.
– Да плевала я, – отрубила Ася. – И пассажиры тоже. Пассажирам лучше, если котята будут неуставно спокойными. А не орать всю дорогу по правилам!
Её замысел удался. Котята, сытые и немного привыкшие к приключениям, в тёплых руках успокоились и задремали. Только один – тот самый, с продольными полосками, – громко замурчал. Так громко, что почти кряхтел Асе в футболку.
– О, дебютный мурк!
Они услышали грохот тамбурной двери. Юля и Вика гуськом вбежали в вагон и опустились на корточки рядом.
– Вещи стережёт грустный Ильясыч? – спросила Ася.
– Он пока не грустный, – хихикнула Юля. – Он ещё в небесах витает на верхней полке.
– Вик, ты уже решила, кого оставишь?
– Да. Двух мальчиков, девочку хорошим людям отдам.
– А имена? – спросил Федя. – Придумала? Прикол: они почти одновременно с тобой паспорта получили.
В паспортах пока ещё карандашиком было написано в духе антиутопий: Котёнок-1, Котёнок-2, Котёнок-3.
Вика заулыбалась.
– Только не ржать.
– Не будем, – торжественно поклялся Федя.
– Раз я родилась в Карелии, то имена решила дать в честь тамошних мест. Это ваш Алтай меня вдохновил. Пока придумала парням: Кивач и Петька.
Федя нарушил было свою клятву, но спохватился и даже картинно нахмурил брови.
– А что, «Кивач» серому балбесу вполне подходит, – одобрила Ася. – Он бодается. Стремительный аки водопад. «Петька» для белого тоже ничего – вон глаза какие голубые. И не спрашивайте, в чём тут логика, её нет.