- Подвинься. Слышь ты разлёгся. Подвинься.
-Приехала? - спросил я сонным голосом.
- Приехала, приехала. Наташку накормил?
- Накормил, напоил и спать уложил, со сказкой,- зевнув ответил ,- где была?
- Это полный секрет и государственная тайна! Этого мне рассказывать нельзя. Понял?
Молчала Юля и за завтраком. На работу я уехал один. За Юлей приехала чёрная «Волга» и увезла её в неизвестном направлении.
В семь часов вечера я с Наташей и Юлей стояли в зале ожидания в аэропорту Шереметьево, в ожидании Эллины. Наташке я заранее сказал, что сегодня она, наконец, увидит маму. Хотел я было сказать о высылке Эллины и Владимиру Моисеевичу, и даже позвонил ему, но услышав в телефонной трубке его слабый голос передумал делать это, решив, что подобного рода сцена может окончательно добить старика.
Наташка услышав, что сегодня она наконец увидит маму, подпрыгнула от радости и забила в ладоши. Затем она начала приставать к нам с вопросами, похоже ли мама на тётю Юлю. Пришлось мне вкратце описать внешность Эллины. Поняв из моего рассказа, что внешнего сходства между ними не очень много, она заметно расстроилась.
Юля сегодня всю первую половину дня отсутствовала на службе и появилась на площади Дзержинского лишь после обеда. Новой поездки вечером у неё не намечалось. Поэтому я рассказал ей о намеченной мною встрече — прощании Наташи с матерью. Подумав, Юля изъявила желание так же поучаствовать в ней. Ей было, что сказать Эллине. Как — никак какое-то время (неизвестно какое) ей придётся выполнять функции названной матери Наташи.
Наташка егозила и непрерывно спрашивала о том- «когда придёт мама?». Мы всякий раз с большим трудом успокаивали её.
Наконец открылась входная дверь и в сопровождении двух молодых людей в серых костюмах появилась Эллина. Я наклонился к Наташе, и указав на вошедшую Эллину сказал ей:
- Вот твоя мама!
- Где? - отозвалась она.
-Вон там. Идёт с двумя дядями.
- Это моя мама? Мама! - закричала Наташка и кинулась к Эллине.
Увидев бегущую к ней дочь, Эллина громко охнула. Затем подняла глаза и увидела нас. Я подошёл к ней. Она стояла с бледным лицом, словно не веря в случившееся. Я вытащил удостоверение, показал его сопровождающим и произнёс:
- Капитан Солдатов, слушайте мужики, дайте Эллине Владимировне, с дочерью попрощаться. Кто знает когда она ещё её увидит.
- Хорошо, товарищ капитан, только недолго.- ответил мне видимо старший по званию.
Эллина по прежнему стояла и не верила своим глазам. Наташка подбежала к ней и задрав свою голову сказала:
- Ты моя мама? Это правда? Как тебя зовут?
Эллина посмотрела на Наташу, потом на меня. Затем на подходящую к ней Юлю.
- Здравствуй Наташенька, здравствуй Саша, здравствуйте Юлия Сергеевна,- буквально пролепетала она,- мне предъявляли какие — то страшные обвинения. Будто бы я приехала, что бы участвовать в вашем убийстве. Что я якобы следила за вами. Этого не было! В вас стреляли, это правда? Знайте, я здесь не причём! Я не могла, слышите не могла, принимать участие в убийстве отца своего ребёнка! Ни при каких обстоятельствах! Слышите? Ни при каких! Вы верите мне?
- Успокойся, Эллина, мы это знаем,- ответила ей Юля,- конечно ты не могла принимать никакого участия в подготовке нападения на нас. И у меня и у Саши нет никаких сомнений в твоей невиновности. Мы так же понимаем, что на какое — то время въезд в страну будет закрыт для тебя и поэтому привели тебе Наташу. Что бы ты смогла пообщаться с ней. А то она уже нам все уши прожужжала, когда, да когда появится мама.
Наташа в это время дёрнула Эллину за край платья и спросила:
- Ты правда моя мама? А как зовут тебя?
-Да, правда, я твоя мама. Меня зовут Эллина.
- Я видела твои фотографии у бабушки и дедушки. А где ты была? Почему тебя не было так долго?
- Я была в Америке.
- В Америке? А,что ты там делала?
- Наташенька, так было нужно.