Степанов положил телефонную трубку на аппарат и сказал:
- Всё, товарищи! В связи со сложившейся обстановкой, вплоть до особого распоряжения, вы оба переводитесь на особый режим.
- Что это означает?- спросила его Юля.
- Это означает, что вы не заезжая домой будете переведены на особую квартиру, где и будете проживать под тщательной охраной. Вам понятно?
- Террористов задержали? - вновь задала вопрос моя жена.
- Ушли. Но судя по следам крови кого -то вы сумели зацепить.
- А как Тарханов?
-Майор Тарханов в реанимации. Сквозное и слепое пулевые ранения в грудь. Большая кровопотеря. Состояние тяжёлое.
- Тарханова надо наградить,- настырно заявил я,- он быстрее всех сообразил,что происходит. Возможно если бы не он, мы с вами сейчас не разговаривали бы.
Степанов посмотрел на меня каким -то очень раздражённым взглядом.
- Слушайте, капитан Солдатов, насчёт наград будем решать потом. Равно как насчёт того, кто первым и что сообразил. Кстати из вашего доклада я понял так, что первой почуяла наличие засады старший лейтенант Заварзина. Я прав?
- Правы, товарищ полковник, но капитан Солдатов прав в том, что майор Тарханов лучше и быстрее всех среагировал на сам факт наличия такой засады,- сказала Степанову Юля.
-Ладно, ладно,- с раздражением в голосе произнёс Степанов,- о наградах и героях их достойных решим позже.
Судя по его виду он получил здоровенный нагоняй от начальства, за сам факт состоявшегося на нас покушения.
Назавтра придя на службу я узнал о том,что ещё вчера задержана Эллина, которая сейчас подвергается интенсивному допросу.
-Чёрт его знает,- сказал нам Степанов,- вполне возможно вся её эта миссия была предпринята с одной целью — затмить нам глаза. Кстати осуществлять слежку за вами она так же могла. Сейчас её проверяют как раз и по этой линии.
- Я уверен, что она здесь не причём,- сказал на это я,- нет конечно я не исключаю, что вся миссия Гольдберг была предпринята с целью отвлечь наше внимание. Но Гольдберг использовали в тёмную.
В ответ на это Степанов замахал руками.
- Как вы можете гарантировать это? Американцы пошли ва- банк! В такой ситуации можно ожидать всего что иного! В том числе и такие вот действия Гольдберг. Сегодня её привезут сюда. Из Лефортова соответственно. На допрос к генерал- майору Калачёву. Боюсь, что этой дамочке теперь придётся несладко. Её раз пощадили, но второго такого раза уже не будет. И на вашем месте, Солдатов, я бы не выступал в роли адвоката Гольдберг. Вполне возможно, что она причастна к организации покушения на вас. Всё! Идите! Вам всё ясно?
Вечером, после того как мы уложили Наташу спать я и Юля сидя на кухне делились впечатлениями о событиях последних двух дней.
- Знаешь, - сказал я,- у меня железная уверенность в том, что Эллина вот просто ни с какого бока не причастна к покушению на нас. А ты, что думаешь обо всём этом?
Юля в этот момент курила возле открытой форточки. Услышав мой вопрос она притушила окурок и повернувшись ко мне спросила ехидным тоном:
- А объективен ли ты, Санечка, по отношению к Эллине Гольдберг? Как никак за этой стеной сейчас спит ваша с ней общая дочь!
-Да ладно тебе! Нашла чем укорить. Наташкой! И потом, да было у меня с Эллиной. Но прошло. Как в той песне. Да и было то совсем недолго. Сейчас она у меня никакого волнения не вызывает. Да, красивая женщина. Но и только. Или ты полагаешь, что я готов бегать высунув язык за каждой смазливой мордашкой? Но кажется в этом я замечен не был.
- Не был, не был. Да и Наташкой я тебя не укоряю. А насчёт твоего вопроса... Думаю Эллина здесь не причём. Даже не думаю, а уверена. Эллина никогда не пошла бы на то, что бы участвовать в организации покушения на отца своего ребёнка. Я же знаю, что у тебя с ней всё произошло не просто так. По крайней со стороны Эллины. И, что — то мне подсказывает, что какие — то чувства к тебе она сохранила. Другое дело, что её могли использовать в тёмную. Например для отвлечения внимания. Такой вариант я вполне допускаю.
-Что с ней интересно будет?
- Думаю подержат, подержат в Лефортово и вышлют из страны. В общем ничего страшного. Уедет обратно к своему американскому дядюшке.
Юля, как всегда, оказалась права. Через несколько дней Степанов вызвал нас к себе и сказал:
-Судя по всему ваша Гольдберг, Солдатов, совершенно не причём. Нет, она конечно совершила уголовное преступление въехав в страну по подложным документам, но предъявить ей это будет весьма затруднительно. Как — ни как мы едва ли ни самого начала знали это и закрывали на данный факт глаза. Так, что принято решение выслать её из страны в течении двадцати четырёх часов. Тут другое. Похоже,что у покушавшихся на вас террористов был помощник. Помощник из числа действующих агентов американской разведки. Которого проспала наша доблестная контрразведка. И агент очень и очень не простой. Из числа сотрудников ГРУ.
-А как установили этот факт? - спросила Степанова Юля.