Сталин. Деконструкция мифов: читать начало книги онлайн

Крупнейшими центрами научного атеизма стали Центральный антирелигиозный музей в Москве, Музей истории религии в Ленинграде, а также музеи в Ярославле, Вологде, Архангельске и других городах. Краеведческие музеи активно включались в эту работу, создавая специальные отделы, где в доступной форме рассказывалось о развитии научной мысли и борьбе с суевериями.

Особое место занимал Государственный антирелигиозный музей в Ленинграде – образцовое учреждение нового типа, последовательно и доказательно демонстрировавшее преимущества материалистического мировоззрения перед религиозными заблуждениями. Его экспозиции стали важным инструментом формирования нового, освобожденного от предрассудков сознания.

С марксистской точки зрения всякая пропаганда обслуживает интересы правящего класса. В капиталистическом обществе религия выполняет функцию отвлечения трудящихся от борьбы за свои права, выступая тем самым «опиумом для народа». В социалистическом же государстве, где власть принадлежит трудящимся, антирелигиозная пропаганда рассматривалась как прогрессивная сила: она разрушала идеологические опоры старого режима, способствовала развитию научного мышления и освобождала человека от страхов и иллюзий, мешавших строительству нового общества.

Даже с учётом неизбежных перегибов эта пропаганда в официальном дискурсе признавалась исторически оправданной: она была направлена не против веры как личного выбора, а против церкви как политического и экономического института, встроенного в систему эксплуатации.

Антисоветчики активно транслируют в мрачных красках историю о том, что в этот же период шло массовое и системное уничтожение духовенства, причём и с точки зрения влияния на общество, отъём авторитета, но и якобы буквально – физическим образом.

Нередко в сети встречается упоминание об «ужасном» указании В. И. Ленина под многозначительным номером 13666/2 о том, что «надлежит арестовывать и беспощадно расстреливать попов». Этот документ – фальшивка, при изготовлении которого фабрикаторы затратили немало усилий.

Текст «указа» следующий:

1 мая 1919 г.

Строго секретно

Председателю В.Ч.К. № 13666/2

тов. Дзержинскому Ф. Э.

УКАЗАНИЕ

В соответствии с решением В.Ц.И.К. и Сов. нар. комиссаров, необходимо как можно быстрее покончить с попами и религией.

Попов надлежит арестовывать как контрреволюционеров и саботажников, расстреливать беспощадно и повсеместно. И как можно больше.

Церкви подлежат закрытию. Помещения храмов опечатывать и превращать в склады.

Председатель В.Ц.И.К. Калинин

Председатель Сов. нар. комиссаров Ульянов (Ленин)

Впервые миру этот текст был явлен в книге публициста А. Латышева «Рассекреченный Ленин» (на которую, по сведениям журналистов, Латышеву ельцинским предвыборным штабом было выделено 95 млн руб.) и впоследствии кочевал по страницам различных книг и журналов. Стоит отметить, что документ никак не атрибутирован (нет указаний на то, в каком архиве автор его нашел, ссылки на том и лист дела). К слову, в рассекреченных архивах данный текст не содержится, хотя многие публицисты и медийщики используют его, чтобы выставить Ленина и большевиков в негативном свете, убеждая доверчивых читателей, что людей преследовали именно за веру, а не за антинародную и контрреволюционную деятельность, а порой и за прямое участие в организованной преступной деятельности.

Латышев «дополняет» и «подтверждает» подлинность документа следующей ссылкой: «Характерна публикация в коммунистической “Правде” постановления Политбюро ЦК ВКП(б) от 11 ноября 1939 за подписью И. Сталина: “Указание тов. Ленина от 1 мая 1919 г. за № 13666/2 «О борьбе с попами и религией», адресованное Председателю ВЧК Дзержинскому Ф. Э., и все соответствующие инструкции ОГПУ-НКВД, касающиеся преследования служителей церкви и православных верующих, – ОТМЕНИТЬ”».

Видимо, автор Латышев не предполагал, что будут рассекречены постановления Политбюро ЦК РКП(б) – ВКП(б) СССР за 1919–1952 годы. В том числе предлагаются для свободного доступа исследователей в том же РГАСПИ и материалы из секретных «особых папок». Так вот, протокол заседания от 11 ноября не содержит «процитированного» текста.

В ряде публикаций вышеупомянутого сталинского «постановления» указан гриф «Особая папка». Даже в документах, отнесённых к «особой папке» и сопровождавших решения Политбюро ЦК ВКП(б) от 11 ноября 1939 года, тема религии так и не прозвучала. В тот день под грифом особой секретности обсуждались сугубо силовые и административные вопросы: наращивание численности и материального обеспечения конвойных войск НКВД, пересмотр порядка караульной службы, а также отдельные предложения Комиссии обороны. Религиозная проблематика, как и прежде, осталась за пределами повестки.

19 июня 1923 года вышло «Постановление Народных комиссариатов юстиции и внутренних дел. Инструкция по вопросам, связанным с проведением декрета об отделении церкви от государства. 19 июня 1923 года»[100], повысившее уровень, на котором принимались решения о судьбе культовых зданий, до губернских и областных исполкомов советов. Кроме того, были расширены и конкретизированы права верующих: молитвенные собрания могли проводиться без предварительного разрешения независимо от числа верующих. Руководство хозяйственными делами общины также передавалось от служителей культов в руки самих верующих. Было введено заключение договоров, по которым религиозные общины получали в бесплатное пользование молитвенные здания и культовое имущество. Запрещалось административное вмешательство всех государственных органов в целях поддержки какого-либо культа в ущерб остальным.

Выходит, нельзя сказать, что на законодательном уровне верующих ущемляли: в вопросах религии и отношения к вере власти СССР придерживались принципов светскости и именно за веру гонений не подразумевали.

Сколько же на самом деле духовных лиц «безвинно» погибло от рук «кровавой советской власти»? Существует база данных, которая основана на материалах справочника «За Христа пострадавшие», то есть это те лица, про которых РПЦ или любые православные активисты точно могут сказать, что они были репрессированы и погибли «в период власти большевиков». Занимался сбором и анализом данных для этого архива ещё в 1990-е годы советский информатик Николай Емельянов – конечно, с легкой подачи РПЦ и при поддержке ПСТБИ (Православного Свято-Тихоновского богословского института).

Как утверждают составители, для поиска репрессированных за веру они прибегли не только к рассекреченным архивам ФСБ, но и к разных публикациям в печати, собирали письма родственников пострадавших, а также к архивам данных, полученных от Синодальной комиссии (при РПЦ) по изучению материалов о реабилитации духовенства и мирян.

Даже с учётом этого авторы не могут оценить общее количество пострадавших за Христа в годы советской власти. Однако в краткой справке к базе данных они проводят великолепную логическую цепь, которую предлагаю вам оценить.

«В дореволюционной России было около 100 000 монашествующих и более 110 000 человек белого духовенства. С учётом их семей к сословию духовенства относилось на рубеже веков 630 000 человек. Гонениям подверглось большинство священников и монахов, как служивших в церквах и монастырях в канун революции, так и посвящённых в дальнейшем, вплоть до 1940–1950-х гг. <…> В 1937 г. секретарь ЦК ВКП(б) Г. М. Маленков писал Сталину о существовавших религиозных объединениях как о “широко разветвлённой враждебной советской власти легальной организации в 600 000 человек по всему СССР”. И это после 20 лет кровавого террора против церкви! И хотя здесь Маленков ведёт речь о “церковниках и сектантах”, очевидно, что в бывшей преимущественно православной стране большая часть из этих 600 000, намеченных к скорейшему уничтожению людей, не сектанты, а православные, главным образом оставшиеся ещё в живых священно- и церковнослужители, и члены “двадцаток”. Таким образом, ясно, что счёт пострадавшим шёл на сотни тысяч: по разным оценкам, их было от 500 000 до миллиона православных людей, за Христа пострадавших. Мы располагаем данными о том, что более чем 400 архиереев подверглись репрессиям… Несопоставимо труднее будет получить относительно полную картину гонений среди священников, диаконов и монахов. И практически неразрешимой задачей предстает сбор сведений о большей части пострадавших за церковь мирян. Сейчас у нас в базе данных около 22 000 имен. Таким образом, можно говорить о том, что у нас собраны сведения приблизительно об 1/22 части пострадавших»[101].

Примерно так и выглядит логика и научная фактура, а точнее – их полное отсутствие. Из факта самого существования в Российской империи монашествующих и белого духовенства делается вывод о том, что они точно подвергались гонениям. Без пояснения утверждается мысль о том, что «гонениям подверглось большинство священников и монахов», хотя даже в самой базе данных, как утверждают составители, нет даже двадцатой части пострадавших. Наконец, зачем-то приводится записка Маленкова, смысл которой извращается, а подкреплением ничему она не служит. Зато из этой справки мы точно знаем, что наковырять составителям удалось лишь 22 000 имен.

Но и это ещё не всё. Особенность этой базы данных заключается в том, что внесение туда во многом происходит по формальному признаку: имел отношение к православной церкви и против тебя сработала правоохранительная машина Советского государства? Считай – пострадал за веру. Здесь и антисоветская агитация, антисоветская деятельность, саботаж гособязательств, агитация против вступления в колхозы и выполнения колхозных нормативов сдачи хлеба, участие в различных организациях, имеющих целью свержение советской власти, и многое другое.

[100] Постановление Народных комиссариатов юстиции и внутренних дел РСФСР «Инструкция по вопросам, связанным с проведением декрета об отделении церкви от государства»; принято 19 июня 1923 г. // Собрание узаконений и распоряжений Рабоче-Крестьянского правительства РСФСР. – 1923. – № 72. – Ст. 699. – Опубликовано: Еженедельник советской юстиции – 1923. – № 25. – С. 598–600.

[101] База данных «За Христа пострадавшие» [Электронный ресурс]. – URL: http://kuz3.pstbi.ru/bin/code.exe/frames/m/ind_oem.html/ans