Симбиоз. Моя чужая вина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я отвернулась:

— Меня предупредили. Виктор позвонил и велел не ехать с вами. Сказал, нужно забрать файлы у капитана… тогда показалось случайностью, но это был его план. Он предал нас, всех нас. И если виноват не ты, значит, я сама привела его к нам. Значит, я могла их спасти — и не сделала этого…

Том долго молчал, потом очень медленно произнес:

— Я не помню того дня, Чарли. Вообще ничего.

— Ты врешь… — прошептала я, уставившись на него с ужасом и надеждой одновременно.

— Нет. Я ничего не помню.

— Там погибли мои друзья, Том. — Голос звучал сломленно, почти мертво. — Мой отец. Если это был не ты, значит, это я. Поэтому я здесь. Я должна разобраться сама.

Он снова помолчал, а затем уверенно сказал:

— Я разберусь. Я обещаю тебе.

Что-то болезненно всколыхнулось в моей душе, какая-то слабая надежда, но я не могла позволить себе поверить в нее до конца.

— Не убивай Виктора, — выдохнула я. — Он еще нужен. Прости… он приказал мне подставить тебя на складе. Я знала про сканер и подозревала, что Финн поведет тебя туда, хоть и надеялась, что этого не случится. Я была обязана Виктору жизнью и должна была вернуть долг. Поэтому меня не было на кадрах.

— У тебя странные понятия о чести, Чарли, — заметил он.

— Мы боялись, что ты уйдешь, не закончив дело. Нужны были рычаги. Слушай. Карта выключает связь, закрывает двери, включает передачу, — прошептала я, чувствуя, как сознание ускользает. — Каждая ступень через двадцать четыре часа. Ты должен быть там, когда закроются двери. Здание будет заблокировано от внешнего мира. Ты должен успеть. Обещай…

Силы окончательно покинули меня, и я ощутила, как падаю. Том тут же оказался рядом, подхватил, крепко прижал к себе. Последнее, что я услышала перед тем, как провалиться в темноту, был его тихий голос:

— Я успею, Чарли. Обещаю…

Глава 60. Том

Том метался от стены к стене, ощущая себя пресловутым зверем в клетке и почти не замечая ничего вокруг. Лишь мерзкое предчувствие чего-то плохого, к тому же быстро и неотвратимо надвигающегося, заставляло его то и дело бросать злобные взгляды на приоткрытую дверь. Красная футболка c бордовым пятном от пота, напоминающим совсем другую жидкость, прилипла к груди, но снять, да и просто коснуться пальцами не то что не хотелось, а вызывало рвотный рефлекс, и приходилось снова и снова напоминать себе, что «кровь» — не его.

Хоть что-нибудь тут может идти так, как запланировано?

Отпущенный час давно прошел, потом еще один. И третий. О договоре с Бригером можно было забыть. О медцентре и избавлении от преследования полицией— тоже. Что происходит в «Поддержании» и, возможно, как это исправить, он узнал, но какое оно теперь имело значение? Все бесило, но больше всего, как обычно, Чарли. Даже сейчас она была самой большой костью в глотке, и как бы он ни старался ее проглотить — не выходило. Том восхищался ею.

Близилось утро. Решение Том так и не принял, а сейчас как никогда хорошо осознавал, что не умеет и не любит их принимать. Бригер с его возможностями, Фукс и Финн с уникальной регенерационкой… С детства его учили заботиться о себе, в любой непонятной ситуации спасать собственную шкуру: сначала мать, потом общество, люди, хаарс, жизнь. Не проще ли было с самого начала придушить всю эту компанию, до того, как он успел так бесхребетно к ним привязаться?

Том помотал головой, отгоняя бредовые мысли. Чушь. Ересь. Он не обещал никому помогать, он ни к кому не привязывался, он делал то, что было нужно ему. Воображаемая Чарли у него в голове театрально хлопала в ладоши.

— Да-да, говори это себе почаще! — прошипел он с кривой ухмылкой, походившей, скорее, на судорогу. — Ты тоже могла бы быть полезнее!

Видение наградило его укоряющим взглядом и растворилось. Том оперся ладонями и лбом о стену, зажмурился, до боли прикусив щеку. Решение не приходило, выбор не совершался сам: к кому примкнуть, на чью сторону встать, кому помогать? Он ни в чем больше не был уверен, даже в том, кто он, собственно, такой? Кем он был раньше и кем стал теперь? Нет, жизнь не разделилась на «до» и «после», как ему казалось после возвращения. Она просто треснула и переломилась, ощетинившись острыми кривыми краями. Лишь одно оставалось неизменным — отторжение симбионта. Остаток жизни — день, месяц или пара лет, вскользь упомянутые Фуксом. Единственное, за что еще стоило бороться. За что всегда стоило. Путь так или иначе лежал в «Поддержание». Когда Бригер отказал ему в информации, Том еще надеялся обойтись деньгами. Теперь не осталось и их, а ведь, похоже, был прогресс в лечении. Том стукнул кулаком по стене.

Часы показывали почти шесть утра, длинная выдалась ночь. Добытая с таким трудом и последствиями форма охраны «Поддержания» сгинула вместе с трейлером. Все было зря, а Том потерял не только полезного члена команды, но и единственный источник информации о прошлом. Он отлепил футболку от груди и переоделся в старую, без рукавов. Ерунда, но он почувствовал себя лучше, снова стал легко набираться в грудь воздух при каждом вздохе.

Том нагнулся, выудил из-под кровати сумку, щедро украшенную свалявшейся пылью, достал коробочку-контейнер с медикаментами. Прошла еще одна ночь, а приступа так и не случилось. «Невероятный прогресс», м?

Он достал из контейнера шприц, единственный с маркировкой другого цвета, тот, за которым пришлось возвращаться в «стандартное помещение», тот, который ни за что нельзя было потерять. Надпись на нем была обычной — обезболивающее средство широкого спектра действия. Но что на самом деле содержалось внутри, оставалось загадкой. Том видел такие шприцы и раньше, их выдавали тем, кто рисковал не вернуться с задания. Говорили — поднимет мертвого, позволит выполнить приказ. А дальше? Дальше в этих историях не предусматривалось, поэтому никто и не спрашивал. Все знали, что пока не кончится война — не кончится по-настоящему, а не негласным перемирием, — каждый может рано или поздно получить такой шприц. Надеялись, что этого не случится. Вот только Том уже не мог безоговорочно верить майору, от которого получил «подарок», да и задания у него не было. Сам за себя, и решать придется самому.

Гипнозу шприц не поддавался. Что ж, если все дороги вели в «Поддержание», то он либо выйдет оттуда со спасением, либо не выйдет вообще. Том поддел пальцем колпачок, уронив тот на пол, и резким движением всадил иглу в плечо. Пока не передумал.

За приоткрытой дверью обретался Финн. Войти не решался, зато громко сопел и горестно вздыхал. Игнорировать его становилось труднее. Бесило невероятно.

Том распахнул дверь, схватил несчастного за грудки и втащил внутрь. Приготовился выслушать порцию рыданий по поводу грубости, но Финн вел себя на удивление тихо. Даже стоять остался в той точке, где Том его отпустил.

— Хотел чего, м?