— Так точно, ваше чародейшество, — послушно повторил парень. — Всё, как вы говорить изволите, так и есть! Мы — нерадивые, бесполезные, лишенные капли талантов огрызки! А можно уточнить, огрызки чего? Ежели яблок, так ладно еще, а ежели брюквы какой, так и вовсе обидно как-то!
— Тьфу, — чародей сплюнул и опять нахмурился, — она еще мне возражать будет! Скажешь, что усердно училась? Дома занималась? Что-то делала?!
— Так точно, — кивнул парень. — Вы совершенно правы, ваше чародейшество!
— Вот ты… — он махнул рукой и развернулся. — Домой проваливайте, чтоб духа вашего тут через три минуты не было. И ежели завтра тоже ничего не выучите, то я не знаю, что с вами сделаю! Но что-то настолько ужасное, что вам это не понравится!
— В терновый куст только не бросайте, — буркнул себе под нос Валерка, но чародей услышал.
— Ты думаешь, что если ты благородная, то наказания к тебе не относятся, что ли? — тихо и страшно спросил он, наклонившись к самому уху парня. — Так я тебя разочарую: ученик находится в ПОЛНОЙ власти учителя. Я могу с тобой делать вообще все, что мне вздумается! Понимаешь?
По спине поползли табуны мурашек. Лерка зашлась в беззвучном рыдании, а вот Валерка внезапно разозлился и честно ответил:
— Думаю, после каких-то поступков вы просто перестанете уважать сами себя. Например, как в прошлый раз. И вы это чувствуете, просто словами выразить не можете, оттого и злитесь!
— Ах ты, нахалка!
— Вы же не такой, — спокойно продолжил парень. — Вы на самом деле очень справедливый. И где-то глубоко в душе еще чуткий и добрый.
— Что?
— Я бы сказала, что очень глубоко, но на самом деле не очень.
— Вон пошла, — гаркнул чародей. — Только попробуй мне завтра не показать того результата, на который способна. Лично поперек лавки положу и так взгрею, что неделю сидеть не сможешь!
Валерка кивнул, принимая правила игры.
За ворота вылетели, как пробки из шампанского.
— Ну вы и спокойная, барыня, — выдохнул Ванька. — У меня-то каждая поджилочка тряслись. А вы как ему в лицо прям сказали! Я, правда, ничего не понял. Чего он так разозлился, а?
— Плохо у нас с тобой, Ванька, получается. Он хочет, чтоб мы больше старались!
— А почто он заставляет ложки резать, лапти плести да грядки полоть?
— У меня есть предположение, — Валерка почесал в затылке. — Что скучно ему просто.
Глава 23, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА ГОВОРИТ с КАПИТАНОМ и ПРЕТСЯ НА РОЖОН, как ОБЫЧНО
Дома Валерка первым делом отправился переодеваться. А то знатно его чародей в пыли извалял. После обедать спустился, послушал о проблемах в усадьбе, что-то порешал, поведал о прописных истинах: в основном любви, братстве и взаимопомощи. А после отправился тренироваться на задний двор. Ваньку с собой прихватил и корзинку с шишками.
Туда-то Глашка и прибежала его искать.
— Барыня, тама вам кличут!
— Опять? — простонал Валерка, отряхивая домашний сарафан от шишки, которая опять пробила его защиту. — Что-то важное?
Девка пожала плечами.
— Ладно, — решил парень. — Иду. Пусть обождут маленько, мне надо себя в порядок привести.
К кабинету Валерка подошел не торопясь, а вот зайдя, осознал, что можно было и вовсе не приходить.
— И чего вас привело сюда? — спросил он, закрывая за собой дверь. Молодой капитан поставил на стол кружку и откинулся на стуле, скрестив руки на груди.
Валерка прошел к своему столу и уселся во главе.
— Макар, верно?