— Поселок Соснянка знаешь? — спросил прокурор проштрафившегося начальника конвоя.
— Ну, — брякнул тот.
— Есть сведения, что там скрывается твой Самсонов. Он где-то в районе мотеля или придорожного кафе.
— Я уже здесь, — похвастался старший лейтенант. — Силки расставлены, ждем добычу.
— А я хороших новостей.
Кочанов убрал телефон. Он расположился внутри мотеля около дежурного, но так, чтобы его не было видно из коридора, куда выходили двери номеров.
И ждал.
28
Утром постояльцы стали покидать придорожный мотель. Первыми вышли двое мужчин, по виду дальнобойщики. Бросили ключ от номера на стойку, покосились на встрепенувшегося Кочанова, и вскоре с улицы послышался гул заведенных моторов.
Затем вышла пожилая семейная пара. Они направились в кафе, заявив, что после завтрака вернутся.
У старлея засосало под ложечкой, он бы тоже от завтрака не отказался, но нельзя покидать пост. Сколько еще ждать? А вдруг местная полиция устроит облаву, ведь о Самсонове даже в Москве пронюхали. Черта с два им, он должен быть первым! Чем больше народу, тем сложнее отписываться за летальный исход при задержании.
— Два номера освободили, занятых осталось пять, — вслух рассуждал он.
— Пять, — подтвердил дежурный.
— Запиши, какие именно.
Кочанов взял протянутую бумажку, связался по рации с Сиротиным и предупредил:
— Сейчас шугану постояльцев, будьте готовы.
Старший лейтенант двинулся по коридору, постучал в первый занятый номер и громко потребовал:
— Проверка документов! Приготовить паспорта.
За дверью послышался недовольный гомон, полицейский расстегнул кобуру и извлек пистолет.
«Все-таки не ушел», — понял Игорь, до последнего надеявшийся, что начальник конвоя поехал с расспросами дальше.
Он только что записал видеообращение и отправил файл в сеть. Сигнал был слабый, загрузка шла медленно. Он рассказал, что находится в опасности, полиция считает его кровным врагом и готова убить за правду, которая неудобна следователю. Он хотел сообщить свой адрес и позвать на помощь, но опасался, что полиция среагирует раньше. Теперь, когда шаги по коридору неуклонно приближаются, у него остался единственный вариант спасения — бегство.
Затаившийся в «уазике» Макар заметил, как двое полицейских бросили окурки и припали к углам с торца здания, чтобы их не было видно из окон. Усатый следил за фасадом мотеля, длинный за тыльной стороной.
«Охота начинается», — понял киллер.
Неожиданно крайнее окно распахнулось, оттуда выпрыгнул человек в ветровке, рванул за угол и угодил на полицейского с усами. Оба упали и сцепились в борьбе. На помощь полицейскому прибежал его коллега с автоматом. Он водил стволом по перекатывающимся телам, затем отчаянно крикнул и произвел пару выстрелов в небо.
Борцы затихли. Высунулись любопытные, рассматривая, что же случилось. Из мотеля выбежал старший конвоя, скрутил беглеца и окольцевал его наручниками. Задержанный громко заявил о невиновности, стал взывать к ротозеям, требуя справедливости, но получил удар в челюсть и обмяк.
Пока конвойные тащили побитого человека в джип их старший объявил, что прошла спецоперация по задержанию беглого преступника.
— Это же тот парень из ток-шоу. Невиновный, — запричитала дама, бросившая завтрак и выскочившая из кафе.
— Самсонов, — подтвердил ее муж.
Макар тоже узнал беглеца — именно его ему заказали. Он проследил за действиями полицейских и убедился, что выполнение заказа резко осложнилось. Полицейских трое, они вооружены и действуют решительно. Увидел он и положительный момент, суливший зыбкую надежду. Конвоиры пользуются старым неслужебным автомобилем и скорее всего повезут Самсонова в колонию — дорога дальняя, по пути всякое может случиться.
Макар через мессенджер написал Заказчику. «Объект у ментов. Заказ отменяем?»