«Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Уберите бутылку, мы еще не закончили разговор.

— Как скажете. — Давтян понес бутылку в бар. — Но если бы вы оказались на моем месте…

Следователь прервала его новым вопросом:

— Вас интересует, как дела у Алисы Никитиной?

— А что с ней? Я слышал, она в больнице. Я бы навестил ее, но столько дел. Надо вступать в должность на комбинате, вникать в проблемы. — Давтян обернулся, на его лице появилась тревога: — Скажите, Алиса точно не была помощницей Никитина?

— Следствие не закончено. Мы разбираемся.

— Разберитесь, я вас прошу. Накажите всех.

— Просить не надо. Это моя работа.

— Вы сделали ее блестяще, поймали и устранили Никитина. Если бы вы знали, насколько мне теперь легче, — снова перешел к лести Давтян.

Четыре трупа после начала расследования трудно назвать блестящей работой, укоряла себя Петелина. Это если не считать смерти отца Алисы и самоубийства Никитина, которое она допустила. И чудесное воскрешение Давтяна — это тоже ошибка следствия, а значит, ее личная ошибка.

С тяжелым сердцем она покидала квартиру находчивого бизнесмена. Он не погиб, это замечательно. Но ей не понравилось, что он приписал ей идею сомнительной мистификации. И как из этой ситуации выпутаться, ведь начальство тоже так думает? Или ничего не нужно менять?

57

Официальный допрос врача в присутствии адвоката закончился. Петелина передала протокол Левону Маркаряну, выдавшему ложную справку о смерти Давтяна.

— Прочтите и распишитесь, что с ваших слов записано верно.

— Позвольте, — бумаги перехватил адвокат Шант, внимательно изучил текст и одобряюще кивнул Маркаряну. — Подписывай.

Врач подписал. Опытного адвоката из армянской диаспоры для него нанял Давтян. В результате допрос превратился в беседу с малосодержательными ответами.

Петелина чувствовала себя ущемленной и пригрозила напоследок:

— Маркарян, вы совершили подлог. Это серьезное должностное преступление, я вправе ходатайствовать о запрете на профессию. Это как минимум.

Врач не успел испугаться, за него вступился адвокат:

— Главная обязанность врача спасать людей. Давтян спасен, значит, врач Маркарян прекрасно справился с этой задачей. — Шант улыбнулся той вежливой улыбкой, после которой произносят гадости: — Не стоит тратить государственные деньги на судебный процесс, который вскроет недостатки в работе уважаемого следователя.

И опять он оказался прав, она не просчитала действия отравителя и не приняла мер для защиты будущих жертв. Петелина стиснула губы и попрощалась. Ее переиграли.

Оставшись в кабинете одна, она задумчиво вычерчивала непроизвольные узоры на листке, затем вернулась к протоколу допроса, чтобы просмотреть ключевые ответы.

Маркарян подтверждает, что Давтян тайно жил в его загородном доме. Когда врач привез его туда? В 9 или в 10 утра, а может, после 11. Или до 9. Отлучался Давтян или нет? Точно не знает, он вечно на работе.

Ответы расплывчатые, адвокат хорошо проинструктировал клиента, не подкопаешься. Но если на забывчивость можно ссылаться, когда тебе выгодно, то с документами такой трюк не пройдет.

Елена убрала протокол в папку и разложила на столе распечатки, полученные по ее запросам из других ведомств. Вот список звонков Давтяна. Он утверждает, что вызвал дядю из Еревана, но ни одного звонка в Армению ни с его мобильного, ни с городского телефона не зарегистрировано. Конечно, существует масса других способов оповестить родственника, но каким образом Рубен Аракелян смог так быстро добраться до Москвы? Только самолетом. Однако в списке пассажиров, прилетевших из Еревана в те дни, его имя не значится. Допустим, дядя летел с пересадкой, но паспортный контроль на границе он должен был пройти в любом случае, а там опять нет совпадений. И почему его нет в списках улетевших пассажиров?

Вопросы, вопросы, сплошные вопросы.

В кабинет вошел Валеев, прибывший из больницы. Он еще с порога беспомощно развел руки и пояснил:

— Алису Никитину допрашивать бесполезно, она практически невменяема. Синдром околобредового состояния. Врачи говорят, что ее психика может качнуться как в сторону выздоровления, так и в пропасть неизлечимой болезни.

— Печально. Хотя, если она расправилась с Максом Шильманом, неизвестно, что для нее лучше: клиника или тюрьма.

— Я собирался пригвоздить ее новым обвинением.