Она придала лицу налет дружелюбности, вернулась в допросную и велела снять с Синицына наручники. Предложила задержанному воду. Синицын жадно выпил, заметил ее беременность, на которую вначале не обратил внимание, его злой взгляд чуть-чуть оттаял. Прежде чем приступить к допросу, Петелина позволила задержанному размять спину, плечи и затекшие руки.
Затем села сама, положила руки на папку и спросила:
— Итак, Синицын, вы готовы рассказать про первый визит в квартиру Давтяна?
Синий молчал. Следователь равнодушно пожала плечами:
— Час раздумий впрок не пошел. Я ведь даже не ограбление вам собиралась вменить, а статью о незаконном проникновении, но вы предпочитаете сесть по самой тяжкой, — Елена открыла папку, — за соучастие в убийстве.
— Ни с кем ни в чем я не участвовал, — прервал ее Синий. — Я — вор и никогда не подпишусь на мокруху.
— Готова поверить, если скажете правду.
— Ты следак тертый, я знаю, и понимаешь, что в какую попало квартиру я не сунусь. Получаю наводку и тогда… Такая работа. — Синий осклабился. — Но бывают заказы что-то подбросить в квартиру или забрать, незаметно.
— Часто?
— Нет, хотя в последнее время… — Синий осекся.
— Хороший профессионал нарасхват, я понимаю. И напомню еще один адресок. — Петелина назвала адрес квартиры Александра Волкова, который был первым в цепочке странных смертей. — Там вы заменили вот эту бутылку коньяка на другую.
Она показала фотографии эксклюзивной бутылки французского коньяка и обычной. По ускользающему взгляду было видно, что Синицын узнал бутылки, но проворчал:
— Я водку уважаю, а в этом клоповнике не разбираюсь.
— А в цветах разбираетесь? Отличаете белые астры от других цветов?
Задав неожиданные вопросы, она ждала реакции. В обычных обстоятельствах упоминание цветов развеселило бы серьезного вора. Чтоб он да с цветами? Но Синицын в ответ лишь прищурился. Елена поняла, что попала в точку, и продолжила:
— Зачем вы ломали цветы, когда подбрасывали их в квартиру?
— Ради шутки попросили, — отмахнулся Синий.
— Кто? Ваш босс такой затейник.
Петелина выложила на стол фотографию Хлыстина.
— С чего вы взяли? — напрягся Синий.
— Или про цветы попросил кто-то из них?
Елена показала фотографию, на которой были запечатлены Алиса и Денис Никитины. Синицын молчал. Она стала выкладывать фотографии всех, кого так или иначе коснулась длинная цепочка смертей. Здесь был и Волков-старший, и все погибшие, и Макс Шильман, и Кураева, подруга Веригина, и все присутствовавшие на похоронах четы Шильман.
Синицын изучил снимки и пристально посмотрел на Петелину.
— У нас договоренность: незаконное проникновение в жилище и все? — уточнил он.
— В обмен на правдивую информацию, — заверила следователь и разложила веером фотографии. — Кто?
Синицын поерзал на жестком стуле и рассказал:
— В первый раз я только открыл квартиру Давтяна. Дальше порога не проходил. И цветов у меня не было, в них я не разбираюсь, для меня что астры, что пиастры.
— Я знаю, вы были не один, — подтвердила следователь.
Она не подала виду, что только сейчас догадалась об этом. Ей стало ясно, Синицын открыл дверь для кого-то другого. Она продолжила, демонстрируя уверенность:
— У нас есть запись, но, если вы рассчитываете на мягкую статью, должны сами назвать человека. Для кого вы открыли квартиру? Кто пришел с цветами?