— Дожили. Сегодня я медсестра, а завтра стюардесса?
— А почему бы и нет?
— Начнем с женщины-полицейского. Прикую тебя наручниками к кровати, а сама пойду спать на диван.
— Не нам, так Ване с Галей пригодится, — продолжал усмехаться Марат.
— Гале не подойдет. Она беременна.
— Серьезно?
— Конечно, серьезно.
— Беременная, — нараспев, произнес Марат. — Слово-то какое приятное, округлое, нежное. Знаешь, Лен, беременная женщина таит в себе особое очарование. Жаль, что тебя я беременной не видел.
«Не поздно исправить, — чуть не вырвалось у Елены. Она прикусила язык. — Спасибо, Астаховской. Закинула зернышко искушения, и оно дает всходы». Вслух произнесла:
— Марат, давай без ребячества. Для чего ты взял халат?
— Для дела. Масловой подарю, пусть мужа удивит.
Елене хотела было сказать, что плоские шуточки ей изрядно надоели, как зазвонил ее мобильный. Дежурный по городу сообщил об ограблении квартиры режиссера Георгия Чантурия. Звонок был по адресу: пока она расследует убийство киноактрисы, все преступления, связанные со съемочной группой, тоже будут доставаться ей.
— Едем на квартиру Чантурия. Его ограбили.
— С творческими людьми не соскучишься, — эмоционально ответил Валеев.
В квартире Георгия Чантурия уже работали местные оперативники. Крепкие мужчины с энтузиазмом спихнули груз ответственности на хрупкие плечи окружного следователя. Квартирные кражи расследуются тяжело. Если грабители не попались с поличным, жди следующего случая. Таким счастьем не жалко поделиться. Хотя если взяли их, в ход идут любые уловки, чтобы прицепить к делу накопившиеся «висяки».
Выслушав стандартную информацию: «приходит хозяин домой, а тут такое», Петелина осмотрела квартиру. Старинная дорогая мебель. В гостиной о XXI веке напоминал лишь телевизор с плоским экраном, да и тот был помещен в деревянную резную раму. В глаза бросался варварский метод грабителей — картины изрезаны, антиквариат разбит. Зато не наблюдалось обычных последствий: опустошенных шкафов, ворохов вещей на полу, сдвинутых матрасов, перевернутых кресел — всего того, что происходит, когда воры ищут тайники.
Георгий Чантурия-младший сидел на кухне, сохранившей, к удивлению, первозданный вид. Грабители даже не выпотрошили морозильник — излюбленное место хранения денег осторожных хозяек, считающих себя особо хитрыми.
Режиссер был подавлен и выглядел озлобленным. Накопившееся раздражение он выплеснул на следователя:
— Вы видели, что творится? Это разгром! Картины, награды. Зачем?
— Сожалею. Давайте начнем по порядку. Вы дверь открыли как обычно?
— Да. Юля захлопнула на нижний замок, когда уходила, а я открыл своим ключом. У нас так заведено.
— Юля — ваша домработница?
— Да. Она приходит раз в неделю. Я передал копию ее паспорта полицейским.
Петелина нашла в бумагах, принятых от оперативников, документ домработницы.
— Юлия Чебану. Родилась в Молдавии, гражданство российское. Вы хорошо ее знаете?
— Она работает у нас несколько лет. Кажется, живет одна с дочерью. Больше ничего не знаю.
— У вас много уникальных вещей. Что исчезло из квартиры?
— Сам черт не разберется в этом бардаке.
— Давайте посмотрим вместе, — настояла Петелина, и они перешли в гостиную. — Все картины на месте?
— Вроде бы, да. — Чантурия удивленно осмотрел рамы на стенах. — Но их испортили!