— Попробуем, не в первый раз, — сгладил недовольство напарника Майоров.
Петелина развернула счет на медицинские услуги из сумочки Рудаковой.
— А я поеду в «Мамонов-центр». Там делали пластику. — Она набрала на ноутбуке в поисковике название клиники. — Центром руководит Геннадий Мамонов. Скромный товарищ.
Валеев тут же предложил свою помощь:
— Я тебя отвезу. Майоров на студии один справится.
— Я тоже сама справлюсь.
— Это опасно. — Марат запальчиво стал приводить аргументы. — Мамонов автоматически становится подозреваемым в убийстве. Хирург назвал клинику своим именем, значит, дорожит репутацией. Он на все пойдет, чтобы замять скандал. У него там шприцы, скальпели, наркоз. Помнишь, как вышло с Живорезом?
Елена дважды порвала листок с рисунком и выбросила в корзину. Воспоминания о том, как она оказалась в руках маньяка в медицинском халате, не доставляли ей радости. Она согласилась на помощь Марата. Если дойдет до задержания, с этой задачей лучше справится оперативник. Да и возражать Марату не хотелось. Она испытывала угрызения совести, от того что тайно общалась с бывшим мужем, пусть по переписке. Но Сергей сумел затронуть прежние чувства, и вчера она долго не могла уснуть, вспоминая то хорошее, чтобы было между ними.
15
Клиника пластической хирургии «Мамонов-центр» располагалась в помещении на первом этаже элитного жилого комплекса.
— Поближе к потенциальным клиентам, — оценила соседство клиники Петелина, когда Марат остановил машину.
В красивое здание следователь входила в благодушном настроении. Пришло ощущение, что уголовное дело простое, убийство совершил дилетант, он обязательно проявит себя, и она добьется признания.
В уютной приемной клиники их встретила девушка в обтягивающем халате, с тонкой талией и пышным бюстом. На ее лице не появилось ни единой морщинки, даже когда пухлые губы продемонстрировали стандартную широкую улыбку.
— Товар лицом, — шепнула Елена Марату.
— И не только, — ответил он, окунув взгляд в тесную ложбинку по центру декольте тесного халатика.
Елена одернула его, но медсестра привыкла к подобному вниманию, она для этого здесь и находилась. Девушка оценила возрастные морщинки на лице вошедшей, скользнула взглядом по ее фигуре и протянула анкету:
— Вы на первичный осмотр? Заполните пока, вас вызовут.
Марат невольно улыбнулся: обычно к себе в кабинет вызывал следователь. Елена шлепнула поверх анкеты фотографию Рудаковой и щелкнула своим удостоверением перед носом девушки.
— Следственный комитет, — резко представилась она. — У вас лечилась… Вы оказывали услуги этой даме?
Лицо девушки охладело, она ответила заученной фразой:
— Мы не разглашаем информацию о клиентах.
— Придется. Мне нужно поговорить с господином Мамоновым.
— Геннадий Захарович сейчас занят. Если вы оставите телефон, он обязательно…
— Вместо телефона я оставлю повестки. Всему персоналу, — начала терять терпение следователь.
— Я к вашим услугам, — раздался голос из-за спины.
Петелина обернулась. Она узнала Геннадия Мамонова, фотографию которого видела на сайте клиники — гладкое лицо, восстановленные волосы, гордая осанка. Общее впечатление портил животик, который не был виден на фото.
— Я знал, что кто-нибудь из ваших придет, — признался владелец клиники, пригласив гостей в свой кабинет.
— Откуда?
— О смерти Милены Рудаковой сообщили по телевизору. Очень жаль ее. — Мамонов скорбно опустил взгляд.
— Вы чувствуете свою вину?