— Вы срезали кожу? — поморщилась Петелина.
Варвара смело подхватила бокс, сунула его в пакет и заверила:
— Мы отвезем в лабораторию.
— Мои действия согласованы с Куликом, — объяснял Токаев. — Соскобов может быть недостаточно. А так, у криминалистов стопроцентный материал для исследования.
— Думаете, это сперма?
— Не удивлюсь, не удивлюсь. У мужчины в момент оргазма… Ну, вы сами понимаете.
— А предыдущие жертвы? — Следователь стала выстраивать логическую цепочку. — Они же все попадали к вам.
— Из Владимирской области — да. Но прежде я осматривал тела на предмет внешних повреждений. Также микрочастицы под ногтями — была ли борьба. Ничто не говорило о сексуальном насилии. Версию о маньяке — извращенце выдвинул Кулик, когда возглавил следствие.
— Сейчас прежние случаи проверить невозможно?
— Тела отданы родственникам для захоронения. Они же не бомжи, а уважаемые люди, — развел руки Токаев.
Петелина задумалась, представила картину преступления и высказала предположение:
— Следы спермы могли остаться на одежде жертв, на том же рукаве.
— Могли, — согласился Токаев. — Но вы бы видели ту одежду. Она вся в крови, тем более в области отреза.
— А одежда сохранилась?
Токаев замялся, стал объяснять:
— Вы поймите, это сейчас, с приходом Кулика, все делается тщательно — одежду изымают эксперты. А раньше тела привозили в морг, одежда срезалась, складывалась в пакет. Перед похоронами покойников переодевали в новое.
— А что потом происходило с их прежней одеждой?
— Личные вещи покойников забирают родственники. Это касается украшений, документов, других ценностей. А одежда в таком состоянии никому не нужна, ее сжигают.
— Как часто это делают?
— Я точно не знаю, это не в моей компетенции. Хотя, кажется… — судмедэксперт поднял указательный палец вверх и прикусил губу. — Подождите меня здесь, я кое-что проверю.
Токаев вышел из кабинета.
Варвара подняла перевернутую рамку с фотографией, посмотрела на некогда счастливую семью и положила обратно. Она едва не коснулась Петелиной, проходя к окну, и как бы невзначай обронила:
— У меня тоже только одна подушка безопасности.
— Можем пересесть на мою «тойоту», — предложила Елена.
— Больно не тем, кто уходит, а тем, кто остается, — равнодушно откликнулась Варвара, глядя в окно.
Токаев вернулся, в его руках был черный пакет с наклейкой. Судмедэксперт выглядел смущенным:
— Я нашел, один пакет остался. Тут одежда Миронова.
— Районный чиновник, убит весной, третья жертва Живореза, — вспомнила материалы дела Петелина.
— Третий или четвертый, вам виднее. Вот дата, полгода прошло. — Токаев продемонстрировал наклейку на пакете. — Родственники хотели забрать, я отложил, но они так и не пришли. Случайно сохранилось.
— Я заберу, отвезу в лабораторию, пусть посмотрят.