– Беспалого убили в автосервисе на МКАДе. Ты говорил, что заезжал туда.
Спокойствие Марата как рукой сняло:
– Я приехал в Донбасс. Тут тоже убивают! И что, опять я виноват?
Но Петелина уже переключилась в режим следователя.
– Ты встречался с Беспалым во вторник вечером. Где именно?
– Какая разница! Он позвонил, мы договорились о встрече. Я встретился со стукачом. Что тут такого!
– Этот стукач сдал Седого и выжил в колонии.
– Повезло придурку.
– А на свободе Беспалого задушили. Если по приказу Седого, то почему ждали два года? Или его убили по другой причине.
– Лена, я воюю! Что ты пристала с Беспалым? Он всех предает.
– Подполковник Петров умер.
Новость оказалась для Валеева неожиданной. На некоторое время Марат умолк, а когда спросил, то говорил осторожно:
– Петров успел что-нибудь сказать?
– Он умер в первую ночь, не приходя в сознание.
– Что?! Но я же приходил к Петрову в больницу. Палата, охрана.
– Это игры Шумакова.
– Дебильные игры!
Елена была согласна с такой оценкой, но еще больше ее возмущал обман родного человека.
– А твоя игра с заменой куртки? Ты был в Школьном сквере? Видел Перова? Что там случилось?
– Мне пора. Приехала машина, выезжаем на блокпост.
– Марат!
– Отключаю мобильный. И так приказ нарушил.
Связь прервалась. Елена несколько мгновений вслушивалась в гудки, потом опустила телефон и закрыла лицо руками. «С Маратом всё в порядке. Он жив, это главное», – внушала она себе.
Когда Елена открыла взор, телефон лежал в центре исчерченного листа, прикрывая нечеткую букву М, которую вывело ее подсознание. Реальность отобразила на дисплее в списке вызовов полное имя: Марат Валеев.
Глава 29
Телефонный разговор полковника с генерал-майором юстиции Мотыгиным получился коротким.
– Юрий Григорьевич, зайди ко мне, – будничным тоном сказал генерал и твердо добавил: – Немедленно!
– По какому делу? – успел спросить Харченко.
Вопрос повис в воздухе, генерал уже положил трубку. Полковник порылся в папке текущих дел и для верности захватил справки по всем громким преступлениям, которые расследовал его отдел. А самым громким было покушение на начальника полиции Петрова, которое Петелина переквалифицировала на умышленное убийство.
Однако справок не понадобилось. В генеральском кабинете помимо начальника находился человек в штатском костюме с цепким взглядом и неподвижным лицом.