— Мы ищем Софью, но не можем найти. Мы не знаем, в каких она условиях, не знаем, есть ли у нее еда или вода. Если Панин не скажет, где спрятал девочку, Софья не выживет.
— Где Панин? Отвези нас туда немедленно! — потребовал Валеев.
— Вам он не скажет, вы — полиция, его враг, — покачал головой Антонов. — Он выучил тюремное правило: не верь, не бойся, не проси.
— Слышь, умник, ты тоже стал нашим врагом, — разозлился Валеев.
Антонов неожиданно преобразился, его взгляд стал твердым и решительным:
— Я смогу с ним поговорить правильно. Отпустите меня, я сам все сделаю.
— Что ты сделаешь, что?
— Обещаю узнать, где девочка. Я добьюсь, вот увидите, меня ничто не остановит. У меня дочь каждый день перед глазами. Семь бед — один ответ! — с каким-то безрассудством заявил Антонов.
— Мне твои обещания до лампочки. Где Панин? — наседал Валеев.
Токарева дернула Марата за рукав и шепнула:
— Отойдем на пару слов.
Валеев пригрозил инженеру:
— У тебя есть минута, чтобы подумать.
Оперативники отошли к своей машине. Токарева попробовала убедить напарника:
— Марат, давай отпустим его. Он сделает, что обещал.
— Он уже наделал такое. Не разгребешь!
— Вот именно! Потому что захотел остановить Панина и не успел всего на один день.
— Ты понимаешь, что предлагаешь? Если он Секретарь, мы отпустим преступника. — Марат махнул рукой, собираясь вернуться к Антонову. — Хватит болтать, мы только время теряем.
— Да, точно, — с сожалением согласилась Токарева.
Валеев не придал значения холодному облачку, появившемуся в ее взгляде, и повернулся к напарнице спиной. ТТ резким движением заломила ему руку, что-то щелкнуло, и Марат обнаружил, что его правая кисть пристегнута наручником к задней дверце машины.
— Ты что творишь? — изумился он.
ТТ села за руль и отъехала, чтобы освободить выезд «ларгусу».
— Сука! — Марат плелся за автомобилем и стучал по стеклу. — Я тебя урою!
Токарева выскочила, кинула удивленному Антонову свою визитку и поторопила:
— Что рот раззявил? Уезжай! И позвони, как узнаешь про девочку!
«Ларгус» резко сдал назад, повернул и выехал с парковки. Испуганным ротозеям Токарева показывала служебное удостоверение и успокаивала:
— Все нормально. Работает полиция.
Валеев тем временем исхитрился достать пистолет левой рукой и направил ствол на напарницу. Он был в ярости:
— Свихнулась, дура! А что теперь скажешь? Я могу выстрелить.
ТТ не собиралась прятаться. Она подошла к нему вплотную, ствол уперся в ее грудь. Она смотрела Марату в глаза холодным обреченным взглядом и говорила: