— Формально да, но… Я только что разговаривала с девочкой инвалидом, жертвой Панина. А другая девочка в семь лет получила настолько сильную психологическую травму, что до сих пор ведет себя как ребенок. Мне продолжать?
Бельский поморщился и загородился ладонями.
— Для таких, как Панин, существует химическая кастрация. Почему он не кастрирован?
— Если говорить коротко, то это дорого и неэффективно, — ответил Шумаков.
— Почему неэффективно? Даже на этом сайте на манекене показано: чик — и нет проблемы!
Один из следователей стал объяснять:
— При химической кастрации ничего не отрезают. Человеку вводят антиандрогенный препарат, который блокирует выработку тестостерона, снижает сексуальное влечение. Препарат надо вводить регулярно, он не дешев, а педофил сам себе вряд ли захочет покупать. Но даже в случае выполнения всех предписаний на некоторых персон с нестандартной психикой такое средство просто не действует.
— К тому же нейтрализовать действие препарата могут алкоголь и обычные таблетки для возвращения мужской силы, которые продают в любой аптеке, — добавила Петелина, окинув взглядом смутившихся мужчин.
— В любой аптеке, — проворчал чиновник. — А если удвоить-утроить дозу химии?
— Разрешите, скажу по-простому. Проблема у педофилов не в яйцах, а в голове. Если педофил не сможет получить сексуальное удовлетворение, то не факт, что он не выплеснет гнев другим способом — агрессией, пыткой или убийством.
— По-вашему, вот эти меры с раскаленной проволокой — лучший вариант для педофила.
— Жестоко, но эффективно, — согласилась Петелина.
Бельский приподнялся из кресла, опершись растопыренными руками на столешницу.
— Да сколько вам повторять, право на насилие имеет только власть. Это основа существования государства! Как только за насилие берется толпа, государство расшатывается. И требуется еще больше насилия, чтобы вернуть процесс в законное русло.
Все промолчали, а Бельский продолжил, указывая на монитор:
— И что это такое, вон там в углу — Заседание № 1. Значит, будет и следующее? Суд народа на поток поставят?
— Мы не допустим, — не очень уверенно ответил Шумаков.
— Уже допустили. Сколько недругов сейчас радуются нашей беспомощности.
Вице-губернатор сел, провел ладонью по вспотевшему лбу и примирительно качнул рукой.
— Ладно, будем играть по их правилам. Кто из вас отвечает за техническую часть?
— Эксперт-криминалист Устинов. — Шумаков указал на Головастика.
— Вот что, Устинов. Нужно накрутить счетчик за освобождение Панина. Педофил должен быть предан правосудию, а не произволу толпы.
— Извините, но это невозможно, — смущенно ответил Михаил.
— Не понял. Почему?
— Только один голос с одного IP-адреса. Я перепробовал разные технические ухищрения, но мститель организовал честное голосование, — эмоционально доложил эксперт.
— Честное? Честное голосование, надо же! — язвительно отозвался Бельский. — У нас есть ответ и на честное голосование.
Вице-губернатор поднес смартфон ко рту и спросил:
— Сколько полицейских в России?
Гаджет ответил бесстрастным женским голосом:
— Численность МВД может составлять восемьсот девяносто четыре тысячи восемьсот семьдесят одну единицу.