Настолько, что я почувствовала, как мурашки пробежали по коже. Он сказал это спокойно, но за этим спокойствием стояла сила, от которой хотелось либо спрятаться, либо… подчиниться.
Я подняла взгляд — и встретила его глаза.
Я не знала, что в них страшнее: ярость или боль. Они сверкали, как лёд под молнией. Радужка — ярко-голубая, почти светящаяся, зрачки сжаты в тонкие точки.
Сердце ушло куда-то в пятки.
Я видела Александра раздражённым, видела хищным, но не таким. Этот взгляд пробирал до костей.
Мистер Кинг, явно не ожидавший такого приёма, отступил на шаг.
Он вскинул руки, будто защищаясь. — Прошу прощения, мистер Уинтерс. Я вовсе не хотел, чтобы мои слова прозвучали неподобающим образом. Это была просто… попытка выразить признательность мисс Чон за её выдающуюся работу.
— Она будет выдающейся, когда судья официально признает вашу компанию невиновной, — холодно бросил Александр. — А пока ваши “приглашения прогуляться” неуместны.
Он специально выделил это слово — прогуляться.
Так, что в нём чувствовался укол ревности и презрения одновременно.
А я, прекрасно понимая, что градус сейчас зашкаливает, сделала то, что должна была — спасла ситуацию.
Взяла себя в руки, вдохнула и с самой безмятежной улыбкой вмешалась — Мистер Уинтерс, вы неправильно поняли. Мистер Кинг приглашал не только меня, но и вас включительно.
Кинг моргнул. Потом снова.
Выражение его лица было бесценно — смесь паники, растерянности и лёгкой готовности упасть в обморок. — Я?.. Да?.. — выдавил он из себя.
— Разве не так, мистер Кинг? — улыбнулась я, делая шаг ближе к нему.
Он торопливо кивнул, вытирая вспотевший лоб носовым платком.
— Да, да, конечно, мисс Чон! — быстро подтвердил он. — Я… я именно это и имел в виду. Прогулка… втроём. Отличная идея!
Александр смотрел на меня.
Долго. В упор. В его взгляде мелькнула едва заметная тень усмешки. Та самая, когда он словно говорит без слов:“Выкрутилась. Ловко.”
Я лишь ответила ему таким же взглядом:“Женская логика непобедима.”
И впервые за этот день он позволил себе едва заметную улыбку.
Не ту — властную, не ту — насмешливую, а человеческую. На миг — живую.
-- ~ Тесса ~ —-
После перерыва зал снова наполнился тяжёлым, почти вязким воздухом. Возвращение ощущалось как вход на поле боя: никто не говорил, но все знали — вот сейчас начнётся самое главное.
Судья занял место.
— Продолжаем слушание по делу “Weller Pharm против Helix International”.
Гаррисон поднялся первым.
Сразу, без вступлений, с хищной уверенностью. В его голосе не было ни грамма сомнения, только ледяная агрессия — Ваша честь, прошу обратить внимание на пункт 6 договора и документ № 47. Согласно этим данным, компания “Helix International” допустила халатность при проведении клинических испытаний. Один неверный отчёт — и последствия могли стоить человеческой жизни.
Он говорил красиво, с нажимом.
Каждое слово — выстрел. Каждая пауза — рассчитанный шаг в сторону победы.