Она сделала паузу, и ее взгляд стал пронзительным, почти жаждущим.
— А ее душа… — голос Вильды снизился до страстного шепота, — Она свежая. Новая. Она не успела обрасти защитными слоями, не научилась изгибаться. Она чиста, как незаписанный пергамент. Она — идеальный проводник, идеальный ключ! С ее помощью можно легко приоткрыть дверь в иные миры!
— Ардас может служить усилителем, но сердцем ритуала, его душой должна стать она. Ее связь с тьмой, помноженная на твою драконью кровь, на пробудившуюся истинность… это сочетание бесценно! Эта смесь взорвет все преграды!
— Ее жертва будет не напрасной. Она станет основой нового мира.
Вот он, ответ. Жестокий, циничный и окончательный. Оля была не просто заложницей. Она была расходным материалом. Уникальным, ценным, но все же расходным материалом в плане сумасшедшей колдуньи.
Ледяное спокойствие опустилось на меня, сменив ярость и отчаяние. Все стало на свои места. Переговоры были невозможны. Компромиссов не существовало.
— Хорошо, — тихо сказал я, опуская арбалет.
— Наконец-то ты проявил благоразумие… — уголки ее губ дрогнули в подобии улыбки.
ГЛАВА 33
ОЛИВИЯ
Наш план рухнул. Ардас использовал телепорт, хотя Питер утверждал, что этого не случится. Но, похоже, мужчина снова нас обыграл.
Один миг — я стояла рядом с Ардасом, чувствуя хрупкую надежду, что мы сможем его одолеть. Следующий — мир сжался до всепоглощающей, удушающей темноты.
Это был не просто мрак. Это была живая, вязкая субстанция, черный дым, который не просто окружал, а проникал внутрь. Он лез в нос, в рот, в легкие, холодный и густой, словно жидкая смола. Я закашлялась, пытаясь выплюнуть его, отшатнуться, но железная хватка Ардаса на моем предплечье не ослабевала. Он тащил меня сквозь эту тьму, и я, ослепшая и задыхающаяся, могла лишь беспомощно следовать за ним.
Тьму внутри меня встрепенулась. Я так старалась сдерживать ее, запирать в самых глубоких уголках своей души. Но сейчас она отозвалась на внешний мрак не страхом, а… ликованием. Родством.
Она зашевелилась, потянулась навстречу, и сдержать ее стало в разы труднее. По коже побежали мурашки, в ушах зазвенел навязчивый, едва слышный шепот, сулящий силу, освобождение, власть…
Только бы не поддаться, не превратиться в чудовище, не потерять себя…
Я огляделась по сторонам, чтобы понять где мы оказались. Место было похоже на такой же храм, в котором мы были несколькими минутами ранее. Только воздух здесь был тяжелым и сладковато-приторным, с примесью чего-то металлического, напоминающего кровь. Энергетика места давила на виски, вызывая легкую тошноту и головокружение.
— Что вы задумали? — мой голос прозвучал хрипло, сорванным кашлем.
Ардас, наконец, отпустил мою руку. Он стоял, выпрямившись, и его лицо, обычно холодное и насмешливое, теперь было серьезным, почти торжественным.
— Скоро сама увидишь.
— Я уже говорила, что не хочу принимать участие в ваших делах.
— Именно поэтому встала на сторону ловца, который убьет тебя, как только ты станешь ненужной?
Горечь его слов обожгла больнее любого оскорбления. Я хотела высказать, что Питер другой, что он не такой… Но слова застряли в горле. Я не знала, что будет дальше. Питер не гарантировал мне ничего. Просто я выбрала свою сторону. Может, после пожалею, но это мое собственное никем не навязанное решение.
Молчание было красноречивее любых оправданий.
Ардас удовлетворенно хмыкнул, видя мою неуверенность.
— Не переживай. Скоро все обретет новый смысл.
Он повел меня глубже в зал. В центре, на зловещем возвышении, стоял массивный каменный стол, без сомнения, алтарь, от которого исходил пульсирующий багровый свет. Его поверхность была испещрена глубокими, темными желобами, которые сходились к центральной углубленной чаше.
Мое сердце заколотилось с новой силой. Инстинкты кричали об опасности, о необходимости бежать, но ноги были ватными. Внутренняя тьма, напротив, ликовала, рвалась навстречу этому месту, словно его магнетизм был для нее невыносимо притягательным.
— Ложись, — приказал Ардас, его голос не допускал возражений.
— Нет, — прошептала, отступая на шаг, — Я не буду. Я не сделаю этого.