Мужчина все же развязал веревки, а я подхватила Милу на руки, неся ее в спальню.
Надо попросить Гринувэйя, чтобы он позаботился о девочке после…
Питер шел за нами, боясь оставить меня одну. Но я действительно не собиралась сбегать. Куда мне?! Не питала надежд, что ловец мне поверит, но попытаться все же стоит. Хотя бы ради Милы.
Комната Милы утопала в полумраке, нарушаемом лишь трепетным светом ночника. Клира сонная, ничего не замечая, скупо кивнула мне и отправилась к себе.
Я же устроилась на краю кровати, чувствуя на себе тяжелый взгляд Питера, прислонившегося к дверному косяку. Его поза говорила о готовности в любой миг броситься вперед, будто я была диким зверем, а не женщиной, читающей сказку ребенку.
—...И тогда принцесса взяла волшебный кристалл, — голос мой дрогнул на этом слове, — И свет его был так ярок, что разогнал все тени в замке.
Мила, прижавшаяся к моему боку, вздохнула:
— А дракон ее не съел?
— Нет, милая. Дракон оказался... не тем, кем все его считали.
— А кем?
— Защитником. Он просто потерялся и искал дорогу домой.
Я украдкой взглянула на Питера. Его лицо оставалось каменным, но в глазах мелькнула искорка чего-то — то ли гнева, то ли боли.
— Спокойной ночи, — я поцеловала Милу в лоб и погасила светильник.
В коридоре Питер схватил меня за руку.
— Мило. Трогательно. Теперь поговорим.
Он привел меня в гостиную, усадил в кресло и сел напротив, положив на колени тот самый кристалл. Он все еще слабо пульсировал багровым светом.
— Говори.
Горло сжалось. С чего начать? С пробуждения в чужом теле? С колдуньи? Или ее сообщников?
— Ты прав, — выдохнула. — Я не та Оливия, которую ты знал.
Питер смотрел неотрывно, кажется, даже не моргая.
— Продолжай.
— Я... я из другого мира. Я просто очнулась здесь, в ее теле, без ее воспоминаний. Я пыталась выжить. Я не хотела никому вредить.
Кристалл вспыхнул ярче. Питер сжал его так, что костяшки побелели.
— Удобно. И ты все это время молчала и врала, втерлась ко мне в доверие… — я поняла, что он хотел сказать другое: про нашу близость…
— А что мне оставалось делать?! — это задело, — Я простая воспитательница в детском саду! А у вас все ненавидят попаданцев и называют их тварями… Монстрами. А я не чудище, обычная испуганная женщина. Я никому не желаю зла…
— Поэтому ты заняла тело моей жены?
— Я тут не при чем…
— Как у тебя все складно. А что насчет тьмы внутри тебя? Она тоже «просто оказалась»?
ГЛАВА 28
— Поверь, я не вру. Зачем бы я тебя спасала тогда…