— Ваш жених помог мне на дороге, — пояснила для девушки.
— Ты ничего не рассказывал, — укорила она его.
— Обычное дело. Повозка миссис Оливии завязла в грязи, а я проезжал мимо, — рассказал о своей помощи.
— Да, благодарю вас еще раз. Вы мне очень помогли, — улыбнулась, — Уже думала, что не доберусь до дома. Никак не привыкну к быстрой смене погоды в здешних краях.
— Не стоит благодарностей. Любой бы поступил так же.
Вроде все было хорошо, но почему-то Ардас меня пугал. Я прекрасно помнила его фразу: «Ни пуха ни пера», принадлежащую нашему миру. Но не спрашивать же в лоб об этом. Быть может, он просто где-то ее услышал. Так подставляться и рисковать не стоит. Это опасно.
Я здесь для других целей, так что постараюсь не думать о попаданстве, хотя мысли так и кружили в том направлении.
Мы еще пообщались о всякой ерунде, и Элис ушла играть на пианино. Ардас последовал за ней, я вздохнула с облегчением, слишком уж тяжелая была у него аура.
У девушки был явно талант. Она так органично смотрелась, легко и воздушно перебирала тонкими пальцами по клавишам, создавая музыку, что затягивала своей мелодией в глубины памяти и затрагивала струны души. Меня унесло в родной мир, я вспомнила детство и чуть не расплакалась.
Элис — полная противоположность своему жениху, хотя на контрасте они смотрелись впечатляюще.
Я заслушалась девушку, что не заметила, как за спиной оказался мэр Бертон.
— Я вас недооценил, — проговорил он тихо, чтобы могла слышать только я.
— Думаю, вы так относитесь ко всем женщинам. Хотя вряд ли скажете об этом хозяйке дома, — я караулю его у здания мэрии, а он тут спокойно прохлаждается.
— Не рано вы начали кусаться? — его задела моя прямолинейность.
Мужчина в открытую делал мне непристойности, набиваясь в «благодетели», давя на женскую слабость, убеждал в несостоятельности и бесполезности, и надеется на уважение?
Возможно и правда надо быть хитрее, да только что это изменит? Я не собираюсь становиться его любовницей, чтобы он не предлагал!
Музыка закончилась. Элис встала из-за пианино, поклонившись под легкие аплодисменты. Госпожа Марвин поднялась со своего места.
— Дорогие гости, ужин подан, — пригласила всех в столовую.
Я разместилась вновь около Элис, напротив нее расположился Ардас, а напротив меня — Бертон. Оба мужчины то и дело бросали на меня взгляды. Если с мэром было все ясно, то что нужно Ардасу непонятно. Не хватало, чтобы Элис восприняла все неправильно и приревновала.
— Вы говорили, что хотите открыть приют? — спросила Элис, — Как благородно!
— Моя мать содержала подобное заведение, — ответила девушке, — Я хочу продолжить ее дело.
— Когда ждать открытия? — подключилась к разговору хозяйка.
— Как только мистер Бертон найдет время и подпишет разрешения, — столкнулась взглядом с мужчиной.
— Ох, Элен, — обратился он к миссис Марвин, — Вам ли не знать, что от меня мало, что зависит. Совет посчитал госпожу Вайнер неблагонадежной.
Элис рядом ахнула. Да и все присутствующие повернули голову в мою сторону, заинтересованные услышанным.
Бертон тоже перешел в открытое наступление.
— Да, из-за развода, — продолжила орудовать ножом и вилкой, всем своим видом показывая, что мне нечего скрывать, — Я очень люблю детей, но наследника мужу не смогла подарить…
— Я слышал несколько другую историю…
— Это просто злые языки. Людям только дай раздуть пламя из искры, — слова давались тяжело, но я продолжала играть роль. Отчасти это правда.
— Бертон, я поручусь за миссис Вайнер, — в тишине проговорила миссис Марвин.