Теперь лейтенант засмеялся уже свободнее.
Над нами медленно раскрывалось звёздное небо. Зелёная Айя поднималась выше, её свет ложился на черепицу, на край трубы, на пальцы Аллана, на мои колени. Далеко внизу хлопнула дверь конюшни, сонная лошадь переступила с ноги на ногу, где-то в переулке кошка прошипела на другую кошку. Горы молчали, звёзды горели, ветер пах снегом.
— Спасибо, Фейри.
— За что?
— За ответы.
— Ты сам напросился.
— Всё равно спасибо.
Я пожала плечами, но, кажется, уши всё-таки дрогнули. Совсем немного. Человек, разумеется, ничего не заметил.
— Только не делай теперь вид, будто всё понял.
— Не буду. Я понял только, что ничего не понял полностью.
— Для человека это уже выдающийся результат.
— Ты сегодня добрая.
— Ночное небо благотворно действует на характер.
— Серьезно? Нам с тобой надо чаще забираться на крыши. Ты же в Клавдиуме регулярно по крышам лазала, я помню!
Представив нашу совместную прогулку по столичным крышам, я фыркнула и ткнула лейтенанта кулаком в плечо.
— Только если привяжешься канатом. Объяснять Карду, что я потеряла штурмана из-за философской беседы о звёздах и эльфийской биологии, будет неловко. И уж точно я не захочу говорить об этом с Мариленой.
— Согласен. Особенно если он спросит, зачем я вообще полез на крышу. Кстати, — хитро прищурившись, спросил Аллан, — зачем я, по-твоему, полез на крышу?
От вопроса пахло подвохом примерно за милю.
— Не спалось и захотелось поболтать?
— Почти угадала, — кивнул О’Шиннах, — только заснуть я не могу, потому что ты прямо над моей головой по черепице топталась.
— Выглядишь сонной. — Не открывая глаз, укоризненно произнес Ори Грориссон. — Чашка кофе тебе не помешает.
Сам гном при этом выглядел не сонным, а практически заснувшим. Он, почти как настоящий Король-под-горой, сидел на троне из ящиков, стянув ботинки, носки, расстегнув парусиновую крутку неопределенно-промасленного цвета и подставив бороду светлеющей полоске неба на горизонте.
Запах от него шёл тоже… соответствующий.
— А тебе не помешает горячая ванна. Вы опять за ночь половину катера разобрали?
— Так успели же обратно собрать, — гном пошевелил пальцами ног, словно проверяя, можно ли уже сажать между ними картошку или обождать еще. — Я-то после вашего взлета спать завалюсь, а тебе рулить.
— В полёте проснусь.
— Сколько ты сгрызла каменных пряников?
— Четыре, — призналась я и с подозрением уточнила: — Ты что, с полковником сговорился?
— Понятия не имею, о чем ты, — отозвался Ори, — но прочесть рунную надпись на бумажном пакете, который ты сунула в кабину, я сумел. И даже понять, что пакет уже наполовину пустой. «Не эльф» и «слепой» все же разные понятия, ушастая.
Логично, пакет он действительно мог узнать. После нашей посадки посреди болота я решила: в полет стоит брать запас еды, на случай очередной аварии. А гномские кондитерские изделия… Про них говорят много разного, но почти все сходятся на одном — более калорийный продукт сложно придумать. «Каменные пряники», «ореховые кирпичи», «огненные сухари», «угольные коврижки», «темный камень» из шоколада… Фруктовый пирог, и тот у них сделан из маслянистого и плотного теста — пока проешь дыру к начинке, уже три раза насытишься. Ну, почти. Поскольку мы сегодня проснулись рано, завтрака в гостинице не нашлось, а есть с утра хотелось. Но про «наполовину пустой» наглая ложь, никак не больше трети!