«Индекс» без индекса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В Симферополе они расстались. Тот, что высадился с теплохода, вышел на окраину города и сел в попутный грузовик. В кармане у него лежал паспорт на имя Григория Ивановича Родина.

Родин, он же Александр Дакин, вышел на задание, к которому его готовили несколько лет.

Отец Дакина был убит на фронте. Сашу вместе с матерью немцы вывезли в Германию. Мать умерла. Мальчика оставили в немецкой семье для мелких услуг. Однажды, уже после войны, за ним приехали и увезли учиться. К тому времени он свободно говорил на немецком языке, не забывая русского.

Школа была особенной. Она помещалась в особняке на окраине небольшого старинного городка. Это была разведывательная школа американцев. Ученикам не напоминали, кто были их родители, детская память неустойчива. Со временем прошлое подернулось и расплылось в неопределенные очертания. Саша Дакин помнил, что родился в России.

Свой дом он вспоминал очень смутно. Отчетливо виделись лишь солома на крыше, дерево под окном.

С дерева он перелезал на крышу, за что ему попадало. Крыша была мягкой и скользкой. Вечерами мать пригоняла с луга корову, доила и давала Саше молоко. Вот и все.

Из питомцев школы готовились разведчики для подрывной работы на территории Советского Союза. Их обучали не только искусству добывать важные секретные сведения, убивать и совершать диверсионные акты. Наряду с другими предметами им преподавали русскую литературу, они изучали советское искусство, читали советские книги.

В школе обучались восемь мальчиков. Видимо, руководитель школы в прошлом увлекался астрономией. Своих учеников он называл «созвездием гончих псов». Может быть, он рассчитывал, что они действительно станут звездами американской разведки?

Они русские, нм не нужно осваивать фонетические особенности языка. И они нерусские, они будут воспитаны как космополиты. Для них родина будет там, где им лучше. Но нельзя убить в них, что они русские. Нельзя. Кому неизвестно, что существует болезнь ностальгия? Тоска по родине. Не надо убивать эту болезнь. Пусть любят, пусть тоскуют по родине, но не по той родине, какой она предстанет перед их глазами, когда они будут заброшены на территорию Советского Союза.

Воспитание «гончих псов» шло в спартанском духе. Спорт, физические упражнения, занятия, и занятия без ненужных отвлечений. В школе было множество спортивных игр, не было карт, не было игр на деньги.

Эклектическая система воспитания. Все в ней перемешалось. И спартанская школа, и софистика древних, и философские школы последнего времени. «Гончих псов» (так они стали называться в отчетных документах школы) обучали игре в шахматы, развивая у них гибкость ума, расчетливость, логику. Шеф школы, некто Шелинг, намеревался забросить «гончих псов» на территорию Советского Союза на многие годы, а может быть, и на всю жизнь. Они должны будут вжиться, может быть, даже обзавестись семьей. Им нужен огромный идейный запас для противостояния окружающему.

В школе курсанты пользовались вещами только советского производства — одеждой, обувью, авторучками, тетрадями. А тот, кто подбирал все это для них, имел твердую установку подбирать самое худшее, самое устаревшее.

Лишь в воскресенье, в день отдыха, курсанты могли пользоваться своими личными вещами, своей личной одеждой. Но это было все самое лучшее, что могла предоставить промышленность Соединенных Штатов.

В общем-то, если бы не разведывательные цели школы и не особая идеологическая, насквозь антисоветская обработка ее учеников, она могла бы поспорить с солидными учебными заведениями. Ее ученики изучали современную физику, химию, философию, историю и специальные дисциплины. Много времени отводилось обучению радиоделу, умению пользоваться радиопередатчиками, шифрами, а также ядами и оружием.

Дакин вышел из школы со знанием нескольких европейских языков. Русский, немецкий и английский он знал в совершенстве. Мог понимать разговорную речь и свободно читать по-французски.

По окончании школы Дакин под видом немецкого студента совершил две туристические поездки по Советскому Союзу. Никаких разведывательных заданий ему тогда не давалось. Он должен был изучить обстановку, присмотреться к советской действительности и порядкам, практически изучить географию страны. Первый раз он проехал на автомобиле со своим напарником по школе через Брест на Минск, из Минска в Москву. После осмотра столицы они отправились на юг. Доехали до Ялты, купались на ялтинских пляжах и вернулись через Ленинград и Хельсинки.

Другой раз он совершил поездку в туристской группе на общедоступных транспортных средствах: на самолетах, в поезде, на автобусах. Побывал в Киеве, в Тбилиси, в Харькове, осмотрел московские и ленинградские музеи.

Агент, который его встретил на пляже, был незначительной вехой на его пути. Он снабдил его советскими документами на имя Родина, и они разошлись, чтобы никогда не встретиться.

Родин доехал на попутной грузовой машине до Зеленого Гая. В Зеленом Гае пересел на автобус местного значения, проехал еще тридцать километров.

Дальше он пошел пешком. На свободном прогоне сел в грузовую машину. Потом еще раз сменил грузовик на автобус, доехал до Днепропетровска, там сел на поезд.

Эти сложные пересадки нужны были ему, чтобы удостовериться, нет ли за ним чужого глаза. Убедился, что нет.

Вечером сел на поезд Москва — Ленинград. Выспался в вагоне, погулял по Ленинграду и ночным поездом выехал в Москву.

Шелинг, руководитель всей операции, не рекомендовал Родину пользоваться гостиницами. Особенно первое время, пока не устроится на работу.

Несколько дней Родин ездил по Подмосковью в поисках работы. Отсыпался в поездах Москва — Ленинград, Москва — Ярославль, Москва — Горький.

На подмосковных станциях изучал объявления о найме рабочей силы.

В ста с лишним километрах от Москвы нашел объявление. Совхозу «Пролетарский» требовались шоферы. Он явился в контору совхоза и предложил свои услуги. Его попросили принести трудовую книжку и права. Предъявить свои фиктивные документы, которыми его снабдила разведка перед заброской в СССР, он сразу не рискнул, опасаясь провала. Он решил выиграть какое-то время и пообещал приехать через несколько дней. Заведующий отделом кадров снизил тут же свои требования — не нужно трудовой книжки и прав пока не нужно: садись за руль. Родин отработал два дня не оформляясь, привел в восхищение заведующего гаражом своими познаниями в машинах, своей трезвостью, мастерством вождения. Ему предложили возить на легковой машине директора совхоза. Родин дал согласие.

Шли день за днем, неделя за неделей. Все было тихо. У Родина окрепла убежденность, что его легализация прошла успешно.

«Принц с коралловых островов»

Коралловые острова... Разве есть такие? Где, в каком океане, какие их омывают моря?

Сказку о коралловых островах Саша Корсунская услышала от своей тетки, сельской учительницы в глухом уголке на рязанской земле.