Зеленые холмы Африки. Проблеск истины: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мэри сидела в столовой, потягивая кампари с содовой.

– Сколько настрелял?

– Восемь штук. Вспомнил, как мы стреляли голубей в клубе «Казадорес дель Серро».

– Голуби гораздо тяжелее на подъем.

– Думаю, так только кажется, потому что рябки на взлете крыльями молотят. И размером они поменьше. А по стартовой скорости с хорошим спортивным голубем мало кто сравнится.

– Здорово, что мы здесь, а не в клубе!

– Это точно. Сомневаюсь, что смогу туда вернуться.

– Сможешь, конечно.

– Как знать.

– Есть много вещей, к каким я вряд ли уже смогу вернуться.

– Хорошо бы вообще не возвращаться. Ни собственности, ни обязательств. Только лагерь сафари, хороший джип, пара грузовиков…

– А я была бы лучшей в мире палаточной домохозяйкой. Вижу как наяву: к нам прилетают клиенты на частных самолетах и говорят, сходя с трапа: «Угадай, кто я такой! Спорим, не вспомнишь?» А я в ответ: «Чаро, подай-ка бундуки». И бдыщ ему между глаз!

– А Чаро бежит горло резать, чтоб халяль.

– Они же не едят человечины!

– Племя камба не брезговало. В то, что вы с Отцом называете «старые добрые времена».

– Ты, можно сказать, наполовину камба. Смог бы съесть человека?

– Сомневаюсь.

– Ты знаешь, я за всю жизнь никого не убила. Помнишь, мы уговорились, что я ничего не буду от тебя скрывать? А потом мне было стыдно, что я не убила ни одного фрица, и все меня жалели…

– Отлично помню.

– Хочешь послушать речь, которую я произнесу, перед тем как пристрелить свою соперницу?

– Сделаешь кампари с содовой?

– Сделаю. А потом скажу речь. – Она плеснула в стакан красного кампари, добавила джина, пшикнула сифоном содовой. – Джин – это награда за то, что согласился послушать речь. Я знаю, ты уже сто раз слышал, но лишний раз не повредит.

– Добро.

– Ну-ну, – начала мисс Мэри. – Значит, решила, что будешь моему мужу лучшей женой? Ну-ну. Возомнила, что вы идеально подходите друг другу и от тебя ему будет больше пользы? Ну-ну. Полагаешь, что вам будет хорошо вдвоем и в кои-то веки ему достанется женщина, знающая толк в коммунизме, психоанализе и настоящей любви? Да что ты знаешь о настоящей любви, старая потасканная ведьма? Что ты знаешь о моем муже и о вещах, которые нас объединяют?

– Истинно! Истинно!

– Не перебивай… Слушай же, жалкая особь, тщедушная там, где надо быть плотной, и заплывшая жиром там, где следует явить признаки расы и породы; слушай, несчастная слабачка! Я с первого выстрела убила молодого невинного оленя на расстоянии трехсот сорока ярдов, если округлить в меньшую сторону, и ела его мясо без тени сожаления. Я застрелила прекрасного сернобыка, чье тело грациозней, чем тело любой женщины, а рога длиннее, чем у любого мужчины. Я прервала больше жизней, чем ты соблазнила мужей, и я говорю тебе: никшни и заглохни, и сверни незаконную деятельность, и подбери кукурузную патоку лживых речей, и убирайся к черту за границу, не то, клянусь Богом, я тебя пристрелю.

– Отлично сказано. Надеюсь, ты не собираешься перевести это на суахили?

– Мою речь ни к чему переводить на суахили. – После монолога мисс Мэри чувствовала себя как Наполеон под Аустерлицем. – Она предназначена для белых женщин. Твоя невеста может быть спокойна. С каких это пор добропорядочный любящий муж не имеет права завести молодую невесту, не претендующую ни на что, кроме роли вспомогательной жены? Против такого расклада я ничего не имею. Моя речь адресована грязным белым шлюхам, которые уверены, что лучше меня понимают, как тебя осчастливить выше пояса.

– Прекрасная речь. С каждым разом ты все острее оттачиваешь слог.

– В ней каждое слово правда, от сердца. Я постаралась очистить ее от грубости и сальности. Ты ведь не подумал, что кукурузная патока лживых речей – это намек на давешнюю кукурузу?