В этот момент рядом со мной открылся портал.
Воздух дрогнул, треснул тихим хлопком, пространство расплылось радужными пятнами, и из вспышки света шагнул Альм — запыхавшийся, взъерошенный, с рубашкой, сбившейся набок, и растрепанными волосами. В глазах горел азарт — тот самый, что я видела у него в детстве, когда мы с ним находили что-то интересное и опасное.
— Эш, — выдохнул он быстро, и я почувствовала, как сердце дёрнулось, забилось чаще. — Я его нашёл. Он на нашей границе, по другую сторону от стены. В лесу. Ловушки устанавливает. На драконов.
— Идём, — бросила я коротко.
— Позвольте выслать отряд, ваше высочество, — начал генерал, шагнув вперёд. — Если это ловушка, вам не следует рисковать. Мы можем…
Я покачала головой, не дав ему договорить:
— Нет. Я сама. Это личное.
Он замолчал, посмотрел на меня долго, и я видела, как в его глазах мелькают вопросы, которые он не решался задать, но потом он кивнул, отступил в сторону и отдал чёткий приказ дозорным продолжать наблюдение.
Алмарель протянул руку, и я взяла её, чувствуя, как магия стягивается вокруг нас, обволакивает тело холодом и давлением, сжимает так, что перехватывает дыхание. Мир расплылся, исчез, растворился в потоке света и звука, а потом вернулся через мгновение — резко, ярко, оглушительно.
О, как же я ненавижу переходы через порталы. На миг подкатила тошнота. И отпрянула.
Мы стояли в лесу. Тихо.
Слишком тихо для места, где должны быть птицы, шорохи, звуки жизни. Только ветер шевелил листья над головой, гнал их по земле, и где-то вдалеке что-то мелькнуло — движение, быстрое, точное, слишком уверенное, чтобы быть случайным.
Я присела за широким стволом дуба, прижалась спиной к коре, чувствуя, как сердце колотится в груди, как пальцы дрожат — не от страха, от предвкушения. Прищурилась, вглядываясь в полумрак под деревьями, и увидела его.
У подножия горы, поросшей густым лесом, стоял дроу. Тот самый. Шелтис.
Он устанавливал ловушки — магические, тонкие, почти невидимые, если не знать, куда смотреть. Руны светились под его пальцами бледным зелёным светом, и он двигался уверенно, без спешки, будто делал это тысячу раз и знал каждый жест наизусть.
Серая кожа казалась почти серебристой в рассеянном свете, пробивающемся сквозь листву, волосы были стянуты назад, открывая точёные черты лица, и я видела, как играют мышцы на его предплечьях, когда он поднимал артефакт и вплетал его в магическую конструкцию.
Красивый. Чёртов красивый ублюдок.
— Интересно, почему один? — пробормотала я, не отрывая взгляда от него, и голос прозвучал хрипло, будто я не говорила несколько часов.
Алмарель наклонился ко мне, шепнул, и я почувствовала, как его дыхание коснулось уха:
— Я о нём порасспрашивал в казарме, Эш. Он, оказывается, легенда. Врагов десятками бьёт. А то и сотнями. Первый клинок королевы дроу — не просто титул. Его боятся даже свои.
— Бьёт. Но не драконов же.
— Не драконов. Вроде как.
Я смотрела на него ещё несколько секунд — на то, как он склоняется над руной, как поправляет артефакт, как замирает, проверяя работу, — и план сложился в голове быстро, чётко, как клинок, вставший на место. Старый фокус. Простой, глупый, на который повёлся даже Ферди, когда мы были подростками и я хотела проучить его за очередную дерзость.
— Дай связывающий кристалл.
Алмарель замер, посмотрел на меня так, будто я предложила прыгнуть с крепостной стены без крыльев:
— Эш, он не купится. Связывающий кристалл — это для первого курса Вальтрасы, несерьёзно. Давай глушану его отсюда? Я могу ударить из засады, он даже не поймёт, откуда прилетело.
— Нет. Просто верь мне. И не вмешивайся. Ни за что. Я проверну старый фокус. Помнишь, на который повёлся Ферди?
Алмарель посмотрел на меня долго, тяжело, и в его глазах читалось всё, что он не хотел говорить вслух — беспокойство, сомнение, желание схватить меня за плечи и утащить обратно в крепость:
— Опасно, Эш. Он не брат тебе. Он убивает людей, а не дерётся с ними на тренировках.
— Ничего. Думаешь, этот серенький умнее Ферди? Сомневаюсь.