Змеелов: читать начало книги онлайн

Ирга облизала губы:

– Если могут прикинуться… Как понять, что пред тобой человек, а не…

– Зелье у меня есть. Одно – чтобы выдать следы змеевицы. – Он указал на пятна зелени на груди покойника. – Еще одно – чтобы заставить ее перекинуться. Человек от него околеет враз, а вот гадина… Ей яды не страшны. Но, пока не обернется, точно не узнаешь, кто есть кто.

– А когда обернется… Как выглядит?

Колдун осклабился. Он приблизился к покойнику, двумя пальцами раскрыл тому глаз:

– Погляди сама. Ну?

– Ты ополоумел никак! Мертвому? В глаза?! Чтобы он меня с собой утащил?!

Змеелов поморщился:

– Уж скольким я покойникам в глаза смотрел… У некоторых из них тогда даже сердце билось.

– Ну так ты нечисть боле, чем человек!

Змеелов равнодушно пожал плечами:

– Ну так ты тоже.

Ирга вспыхнула:

– Что сказал?! – Очертила перед собой в воздухе защитный символ. – Вот тебе, погань! Будешь знать!

Колдун любопытно склонил голову набок:

– А самой-то как? Не жжется?

– Нет… А…

– А должно. Сама догадаешься или подсказать? Ни в жисть не поверю, что никто не заметил!

От окна все так же тянуло холодом, мокрая рубаха льнула к телу, но отчего-то стало жарко.

– Чего не заметил?

Змеелов почти ласково пригладил редкие волосы Костыля – неуместно и тепло, словно друга в Тень провожал. И одновременно гаркнул:

– Колдовку у себя под носом!

Вольнó списать все беды, выпавшие их семье, на Безлюдье. Мол, та сторона коснулась детей задолго до рождения, оттого и Лихо за ними следует, оттого ершисты и строптивы, оттого девке что ни день тошно солнышко встречать. Вольнó… Да только неправда. Не с рождения начались беды кукушат и не со смерти доброй старухи Айры, про которую Ирга сама иной раз сказывала, мол, дар имела. Дар у Айры был лишь один – доброта. В Гадючьем Яре все знали: старушка поможет советом, накормит в голодный год, утешит, обнимет… И воспитает двух сирот, брошенных матерью-кукушкой, как родных. Да, тогда начались все беды Ирги и Василя, когда мать собрала вещички да ушла, оставив сына и дочь. Тогда Василь замкнулся и никому боле не показывал, как тяжко на душе. Тогда озлилась Ирга. И Безлюдье в том винить не след.

– Врешь.

– А ты проверь. Глянь в глаза покойнику.

Ирга осторожно приблизилась, покамест стараясь глядеть не на Костыля, а на Змеелова:

– Я что же, колдовка? Как ты?

Тот усмехнулся:

– Не как я. И в том твое счастье.

– Враки.