Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. Эпоха Константина I Великого и его династии (306—353): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В данном случае Крисп, упомянутый в стихотворении, — не кто иной, как старший сын Константина, который в 317 г. был отправлен в Галлию в ранге Цезаря. Крисп в связи с перемещением резиденции Константина в Сирмий должен был оборонять рейнский фронт от германских набегов[256]. Поскольку Константин не мог теперь постоянно находиться в Галлии, он доверил военное управление ее землями своему старшему сыну, и для нас совершенно очевидно — под защитой земель «по ту сторону» Рейна и Роны (Рода-на) Порфирий, склонный к риторическим преувеличениям, на самом деле имеет в виду оборону земель самой Галлии, т. е. территорию «по эту сторону» Рейна и Роны, галльские провинции, постоянно страдавшие от набегов франков и аламаннов.

Совершенно очевидно, что под «воинами Криспа» (Crispi… vires') Оптациан Порфирий имел в виду именно рейнские пограничные гарнизоны, галльскую пограничную армию, представленную легионами, алами и когортами. Следовательно, Константин не мог полностью демонтировать защиту рейнского лимеса, отвести с рейнской границы все подразделения — благодаря сведениям латинского поэта мы видим, что пограничная армия продолжала существовать в Галлии и после 324 г., более того, она активно проводила военные кампании, возможно, даже и на территории самих зарейнских германцев.

Ранее мы рассматривали только те подразделения полевой армии Константина, которые были созданы до него, — к тому времени, когда Константин отправился в Италию против Максенция или прибыл в Западный Иллирик для борьбы с Лицинием, они уже давно размещались на Рейне или в балканодунайских провинциях. Тем не менее Notitia Dignitatum во многих своих главах (как по восточным, так и по западным провинциям империи) сохранила сведения о подразделениях, носивших имена с общим корнем constant-. Notitia Dignitatum упоминает множество подобных подразделений, и самое интересное, что их имена довольно сильно различаются между собой, демонстрируя самые разные варианты образования слов с таким корнем. Данному сюжету Р. Шарф посвятил отдельную статью, на основе подробного анализа сведений Notitia он выделил следующие варианты военных наименований: Constantiam, Constantiniani, Constantia, Constantini, Constantiacorum, Constantianorum, Constantini anorum, Constantici и Constantiaci[257].

P. Шарф пришел к выводу, что многие из этих имен в действительности представляли собой не более чем обычную ошибку переписчика рукописи Notitia. Как в свое время установил Дж. Манн, текст Notitia, хранившийся в Равенне, дошел до нас в рукописи начала IX в., рукопись была составлена при Карле Великом (т. н. codex Spirensis, вплоть до середины XVII в. документ хранился в Шпайере, в ходе Тридцатилетней войны рукопись была утрачена), поскольку Карл проявлял интерес к тому, что собой представляла административная система Римской империи, Notitia же давала по этому вопросу неоценимые сведения[258].

Соответственно, как показывает Р. Шарф, далеко не все из этих подразделений были созданы и — самое главное! — названы в честь Константина I Великого, и далеко не все из этих подразделений реально существовали и несли службу в позднеримской армии. Например, 1) один из легионов с изначальным наименованием Constantiniana в результате ошибки переписчика приобрел другой эпитет — Constantiniani; 2) легион с наименованием Constantina был сформирован в эпоху Второй Тетрархии, между 306 и 312 гг.; 3) подразделения Constantiaci обязаны своим именем и происхождением Цезарю Констанцию Хлору или императору Констанцию II; 4) отряды Constantiniaci восходят по происхождению к более поздней эпохе — началу V в., они были созданы при императоре-узурпаторе Константине III (407–411), который правил в Галлии. По мнению Р. Шарфа, только отряды Constantiam и Constantiniani подходят на роль военных формаций, созданных в эпоху Константина I[259].

Мы можем принять позицию Р. Шарфа, поскольку еще в 1981 г. в распоряжении исследователей появилась интересная латинская надпись (эпитафия) из крепости Бригецио (провинция Паннония Первая, другое название — Паннония Верхняя), эта эпитафия, опубликованная в каталоге RIU III, по. 906, S. 250, своим содержанием позволяет уточнить некоторые вопросы истории подразделений, названных в честь императора Константина I.

На наш взгляд, эта надпись позволяет заключить, что многие подразделения с наименованием Constantiani были названы в честь тех крепостей, где размещались эти подразделения, собственно, название Constantiani подразумевало воинов, войсковой гарнизон, несший службу в крепости Constantia, форму Constantiani можно перевести как «воины крепости Constantia», соответственно, мы полагаем, что крепости с таким названием могли возникнуть в Паннонии только в эпоху Константина. Родовое имя Flavius, которое носил биарх данной крепости (палеография надписи дает неверное написание должности офицера, термин biarchus представлен в Dativus, а не в Nominativus Singularis), указывает на эпоху Константина, точнее, на период после 316 г., поскольку только в этом году Паннония перешла под власть Константина.

Соответственно, только после 316 г. в Паннонии могли возникнуть и крепости с названием Constantia. Судя по всему, данное название восходит к имени сестры Константина, Констанции, выданной, кстати, в конце 312 г. замуж за Лициния. Не исключено, что строительство крепостей с таким названием развернулось в 316–324 гг., возможно, тем самым Константин хотел показать дружественность своих намерений по отношению к Лицинию, хотя этот вывод остается всего лишь гипотезой, так как отношения двух правителей после 316 г. были довольно напряженными и вряд ли располагали к демонстрации какой-либо взаимной лояльности и дружбы. Тем не менее, повторим, на наш взгляд, крепости с названием Constantia были возведены в Паннонии только после 316 г., соответственно, отряды Constantiam получили свое имя от наименования Constantia, собственно, само прилагательное Constantiam было формой, производной от Constantia.

Таким образом, мы рассмотрели процесс формирования и дальнейших территориальных перемещений двух экспедиционных армий Константина — галльской, которая была создана в ходе подготовки Константина к войне с Максенцием, и балкано-дунайской (иллирийской), которую Константин учредил в ходе перегруппировки своих галльских войск и местных подразделений уже на территории Западного Иллирика, в 316–324 гг., поскольку в этот период Константин контролировал только западно-иллирийские провинции (Паннонию, Далмацию, Верхнюю Мезию, часть Македонии с Фессалоникой, Дакию Речную). Для удобства мы хотели бы суммировать весь изложенный выше материал в виде перечня основных этапов формирования экспедиционных армий Константина, т. е. мы хотели бы более рельефно выделить данные этапы и расположить их в хронологическом порядке.

На этом этапе Константин применял два метода создания полевой армии:

1. Он проводил военные кампании против франков и аламаннов и включал большие массы пленных германцев в состав уже существующих регулярных войсковых подразделений. Таким способом, к примеру, был пополнен пограничный отряд Divitenses, располагавшийся в крепости Divitia (современный Кельн). Этот отряд, в свою очередь, разместился в крепости Divitia в 308 г., он представлял собой вексилляцию, выделенную из состава II Италийского легиона. Сам легион размещался в Норике, но вексилляция, выделенная из его состава, была пополнена рекрутами, навербованными в соседней Реции, эта вексилляция прибыла на рейнский лимес по приказу императора Лициния, тогда еще бывшего союзником Константина. Тем самым Лициний стремился выразить Константину свою лояльность, подтвердить действие военного союза, заключенного между ними. Когда Константин пополнил данную вексилляцию пленными франками, он включил ее в состав своей полевой армии и отправил в Италию воевать против Максенция.

2. Константин активно заключал договоры о военном союзе с другими германскими племенами, которые он не мог победить силой оружия, эти племена (главным образом аламанны) отправляли в армию Константина этнические войсковые контингенты, служившие Константину за деньги, они представляли собой наемников и, в отличие от пленных франков, не входили в состав регулярных римских подразделений. Эти наемники формировали обособленные этнические соединения, которые после разгрома Максенция остались в Галлии и положили начало последующим дворцовым ауксилиям — привилегированным отрядам, располагавшимся в резиденции императора. О существовании наемных германских отрядов в армии Константина четко свидетельствует Геласий Кизикийский, церковный историк середины V в., чей труд, к сожалению, мало привлекал внимание исследователей.

Помимо германских наемников, Константин отправил в Италию несколько регулярных войсковых соединений, среди них была и упомянутая выше вексилляция II Италийского легиона. К подобным соединениям, насколько об этом позволяют судить данные эпиграфики, можно причислить вексилляцию далматской кавалерии, размещавшуюся в крепости Divitenses вместе с век-силляцией II Италийского легиона, не исключено, что и отряд далматских всадников тоже был пополнен пленниками-франками. Константин определенно привлек к экспедиции в Италию и вексилляцию катафрактариев, происхождение которой, как мы полагаем, восходит к т. н. Новой але катафрактариев, размещенной на рейнском лимесе еще в первой половине III в.

Среди отрядов Константина можно назвать и вексилляцию IV легиона Флавия, располагавшегося в Верхней Мезии. Данная вексилляция, как и в случае со II Италийским легионом, была переведена в армию Константина Лици-нием незадолго до 312 г., тем самым Лициний подтвердил существовавший между ним и Константином союзный договор. Об участии вексилляции IV легиона Флавия в походе против Максенция свидетельствует надпись из Северной Италии, обнаруженная как раз на территории того города (Эпоредиа), через который армия Константина продвигалась к Риму. Сведения анонимной биографии Константина, в свою очередь, восходящей к «Церковной истории» Филосторгия (V в.), позволяют утверждать, что в походе против Максенция участвовали два легиона, созданные в эпоху Тетрархии, — Иовианов и Геркулианов. Судя по всему, если верить фрагментам труда Филосторгия, сохранившимся в биографии Константина, эти два легиона к 312 г. размещались в Галлии, поэтому Константин мог включить их в состав своей экспедиционной армии.

В Италии Константин столкнулся с теми войсками, которые ранее либо пребывали в Риме (вексилляции equites promoti, equites singulares Augusti, преторианская гвардия), либо служили в составе гвардии Максимиана Геркулия, отца Максенция. В 307 г. эта гвардия практически полностью дезертировала, перейдя на сторону Максенция и увеличив его военные силы, она же в 312 г. выступила против Константина вместе с преторианцами и другими гарнизонами «Вечного города». Эпиграфические данные позволяют говорить о наличии в армии Максенция привилегированного корпуса ланциариев (копьеносцев), легиона Moesiaci (в прошлом — вексилляция, выделенная из состава I Италийского легиона, этот легион располагался в Мезии) и легиона Minervii (опять же вексилляция, выделенная из I легиона Минервы, легион дислоцировался на рейнском лимесе, в Верхней Германии). Отряды Minervii и Moesiaci представляли собой войсковую пару, во всех военных операциях они участвовали вместе. В добавление к этому следует заметить, что I легион Минервы продолжал существовать в эпоху Тетрархии и размещался в Бонне. Судя по всему, Константин также выделил из данного легиона новую вексилляцию, включив ее уже в состав своей полевой армии. Таким образом, в обеих армиях были вексилляции, выделенные из I легиона Минервы.

Когда Константин разгромил Максенция, он полностью расформировал преторианскую гвардию и отряды equites singulares Augusti как наиболее явных сторонников Максенция, зачинщиков его мятежа, в отношении же век-силляций equites promoti, корпуса ланциариев и войсковой пары Minervii-Moesiaci император-победитель предпринял не столь суровые карательные меры — он не стал распускать данные подразделения, а просто перевел их из Рима в более отдаленные регионы, на рейнский лимес, где эти соединения были низведены до уровня рядовых пограничных гарнизонов.

В этот промежуточный период армия Константина, тогда еще пребывавшего в Галлии, пополнилась только одним подразделением, во всяком случае, сведения эпиграфики позволяют говорить только об одном новом подразделении. Этим подразделением была вексилляция equites Stablesiani, ранее входившая в состав гвардии Лициния. Поскольку 312–316 гг. характеризовались относительно мирными отношениями Константина и Лициния, скрепленными и матримониальными узами, Лициний в этот период мог перевести в армию своего коллеги и союзника мобильное войсковое подразделение, которое Константин впоследствии оставил в Италии (во всяком случае, надпись, упоминающая equites Stablesiani, была обнаружена в Северной Италии, вблизи Аквилеи).

На данном этапе произошло оформление новой экспедиционной армии Константина, которая в своей основе состояла из отрядов, ранее размещавшихся в Галлии. Складывание экспедиционной армии Константина происходило постепенно, судя по всему, этот процесс не был завершен даже к 324 г., когда Константин установил свое единовластие во всей империи. Сведения эпиграфики позволяют утверждать, что в 316 г. Константин прибыл в Западный Иллирик в первую очередь вместе с отрядами далматской кавалерии (один из них ранее служил в крепости Divitenses и успел принять участие в кампании против Максенция), прежде дислоцировавшимися в западных провинциях — либо в Галлии (Пятая вексилляция далматов), либо в Южной Италии (Шестая вексилляция далматов). Помимо легкой далматской конницы, Константина поддерживали отряды катафрактариев (панцирников) — тяжеловооруженная конница, ранее служившая в нескольких городах Галлии. К этим отрядам следует отнести катафрактариев из Пуатье и Амьена, которых Константин после окончательной победы над Лицинием оставил во Фракии и в Македонии.

В состав армии Константина, насколько об этом позволяют судить надписи, входил и отряд Ursarienses, ранее дислоцировавшийся в провинции Бел-гика, на северо-западе Галлии. Когда Константин получил власть над Западным Иллириком (316 г.), в состав его армии перешел отряд батавов, ранее подчинявшийся Лицинию. Этот отряд, судя по данным эпиграфики, был сформирован еще в середине III в. из старой тысячной когорты батавов эпохи раннего Принципата, затем данный отряд (вексилляция?) был размещен в Паннонии, когда же Паннония попала под власть Константина, он включил в свою армию подразделение батавов и впоследствии перевел батавов в Верхнюю Мезию.

Прибыв в Западный Иллирик, Константин столкнулся с довольно рыхлой армией противника, которая, в отличие от армии Максенция, состояла из самых разных типов войсковых подразделений — не только отрядов комитата, но и пограничных вексилляций и легионов. Наиболее боеспособную часть комитата Лициния составляли вексилляции далматской конницы, наделенные почетным титулом comitatenses, но проблема этих подразделений состояла в том, что они размещались не в резиденции Лициния, а в пограничных провинциях (в Реции или во Фракии). Лициний включал их в состав своего комитата только на время той или иной военной кампании, по завершении боевых действий они возвращались в свои пограничные гарнизоны. Очевидно, Лициний был вынужден держать их на границе на случай возможного вторжения германских племен (готов, квадов, сарматов), поскольку далматская кавалерия могла эффективно противостоять набегам германской конницы.

Помимо далматской кавалерии, Лициния поддерживали отряды щитоносцев (скутариев, scutarii) и лучников (сагиттариев, sagittarii), эти отряды, равно как и далматы, не были расформированы Константином, он оставил их в балкано-дунайских провинциях, но низвел до уровня гарнизонов береговой стражи riparienses, в большом количестве упоминаемых в главах Notitia Dignitatum по балкано-дунайским регионам. В состав комитата Лициния входил ряд вексилляций, располагавшихся в крепостях Малой Скифии, данные эпиграфики позволяют назвать по меньшей мере три такие вексилляции — гарнизоны, несшие службу в крепостях Капидава, Салсовия и Эгисс. Ни одна из них не фигурирует в Notitia, следовательно, данные вексилляции были уничтожены в ходе второй войны Константина с Лицинием в 324 г.

Аналогичная судьба постигла и тяжеловооруженную конницу Лициния, до конфликтов с Константином пребывавшую как в Малой Азии (Вифиния), так и на нижнедунайском лимесе. Катафрактарии Лициния были представлены несколькими вексилляциями, фигурирующими в эпиграфических памятниках, ни одна из этих вексилляций не упоминается в главах Notitia.

Достаточно сложным было положение и старых пограничных балканодунайских легионов, кадровый состав которых к 316 г. был изрядно сокращен в связи с интенсивной практикой выделения вексилляций из этих легионов в течение всего III в. и особенно в эпоху Тетрархии. Данные вексилляции участвовали в кампаниях тетрархов, но они не возвращались в свои «материнские» легионы, а преобразовывались в обособленные и самостоятельные войсковые формации, размещавшиеся уже в других крепостях. Процесс раздробления, «расщепления» легионов в первую очередь затронул военные силы Малой Скифии — I легион Иовия и II легион Геркулия, не миновала эта участь и паннонские легионы — I и II Вспомогательные. Данные папирусов и эпиграфики свидетельствуют, что на разных этапах существования Тетрархии вексилляции выделялись из VII и XI легионов Клавдия, IV легиона Флавия, VI легиона Геркулия, эти вексилляции принимали участие в нескольких кампаниях императорского комитата. Более того, балкано-дунайские легионы служили кадровой базой, источником для формирования войскового корпуса ланциариев, который дислоцировался в Паннонии, в лагере Бригецио. О судьбе этого корпуса в период Константина нам, к сожалению, ничего не известно.

Представленный выше обзор эпиграфических и папирологических документов позволяет заключить, что главная проблема армии Лициния, причина ее поражения заключалась в «рыхлости», разбросанности комитата (гвардии) Лициния — он не был сосредоточен в одном укрепленном пункте, например в резиденции, как раз наоборот, наиболее боеспособные подразделения Лициния были распределены по разным крепостям, удаленным друг от друга на значительное расстояние, что, очевидно, не позволяло быстро и эффективно провести мобилизацию войск и сосредоточить их в одном регионе.

С другой стороны, проблема армии Константина состояла в том, что она пополнялась главным образом за счет галльских войск, но источник этого пополнения не был безграничным — Константин вынужден был держать значительную часть галльской армии на рейнской границе для защиты Галлии от вторжений франков и аламаннов, о чем свидетельствует малоучтенный источник — Оптациан Порфирий, поэт-панегирист, современник императора Константина. Ни в одном из случаев (ни в 312, ни в 316, ни в 324 г.) Константин не включил в состав своей экспедиционной армии побежденные силы противника, в 312 г. он переправил их на рейнский лимес, а в 316 и 324 гг. просто оставил на территории балкано-дунайских провинций в качестве рядовых пограничных гарнизонов.

Эпиграфический материал позволяет выделить только один регион, где Константин создавал новые войсковые подразделения, ранее не зафиксированные в организационной структуре римской армии. В период 316–324 гг. Константин построил в Паннонии несколько крепостей с названием Constantia и навербовал для этих крепостей войсковые гарнизоны, получившие название в честь своих крепостей. Подразделения Constantiam, скорее всего, были навербованы из местного западно-иллирийского населения, мы полагаем, что своим именем они обязаны сестре Константина, Констанции, поскольку крепости, где размещались эти подразделения, очевидно, были названы в честь Констанции. Во всех остальных случаях мы видим, что Константин предпочитал пополнять свою экспедиционную армию за счет галльских гарнизонов — путем перевода в балкано-дунайские провинции подразделений, ранее служивших в Галлии.

Для удобства позволим себе свести все рассмотренные выше материалы в несколько таблиц, эти таблицы более наглядно и тезисно смогут представить этапы создания дунайской экспедиционной армии Константина и ее организационную структуру. Опять же, подчеркнем, мы можем говорить только о тех подразделениях, которые упоминаются в надписях эпохи Тетрархии и Константина и участие которых в военных кампаниях Константина удалось проследить по данным надписей. Мы совершенно не исключаем, что на самом деле в армии Константина воевало намного больше подразделений, но, к сожалению, мы не можем выявить название и ранг этих подразделений, их служба в армии Константина не подлежит точной идентификации ввиду отсутствия сведений в источниках. Таким образом, таблицы регистрируют только войсковые части, совершенно точно упоминаемые в источниках, о них мы можем сказать определенно, что они участвовали в войнах с Лицинием на стороне Константина, входили в состав армии Константина (см. табл. 3, 4).

Таблица 3

Окончание табл. 3

[256] Подробнее об этом см.: Pohlsander H. A. Crispus: Brilliant Career and Tragic End// Historia. 1984. Bd. 33. Hft. 1. P. 86–87. He так давно К. Ольбрих вполне убедительно показал, что к 326 г., когда Крисп был отравлен ядом по приказу самого Константина, политическая элита Галлии и в целом западных провинций империи испытывала серьезное недовольство тем, что Константин уже долгое время, с 316 г., пребывал на Востоке, в Сирмии (провинция Мезия Верхняя), куда он переместил свою резиденцию. В связи с этим Рим стал постепенно терять свое значение административного центра империи, и влиятельные семьи на Западе Римской империи, особенно из среды сенаторской земельной аристократии, активно группировались вокруг фигуры Криспа, управлявшего Галлией, они видели в сыне Константина свою опору и защиту, а также надеялись, что Константин решит в пользу Криспа вопрос о престолонаследии. Представителем и выразителем интересов западной политической элиты при дворе Константина была его жена Фауста, мать Криспа, она, по мнению К. Ольбриха, даже возглавляла партию, продвигавшую кандидатуру Криспа и оказывавшую определенное влияние на Константина. Как полагает исследователь, другую придворную партию, враждебную Криспу и Фаусте, возглавляла мать Константина, Елена, более того, именно Елена, по оценке исследователя, как раз и приказала умертвить Криспа и Фаусту, она несет за это событие большую ответственность, чем сам император Константин. К. Ольбрих даже приходит к выводу, что знаменитое путешествие Елены в Палестину по местам жизни Иисуса Христа, внезапно последовавшее в том же, 326-м, году, когда были убиты Крисп и Фауста, на самом деле было не актом доб рой воли самой Елены, а просто завуалированной ссылкой. Константин отправил свою мать в эту ссылку в качестве наказания за ее участие в устранении Криспа и Фаусты (см.: Olbrich К. Kaiser in der Krise — religions- und rechtsgeschichtliche Aspekte der 'Familienmorde' des Jahre 326//Klio. 2010. Bd. 92. Hft. 1. S. 108, 110, 112–114). Оставляя в стороне довольно спорный вопрос о причастности Елены к убийству Криспа и Фаусты, а также проблему мотивов ее путешествия в Святую землю, отметим, что, скорее всего, К. Ольбрих прав в своей оценке тех сил, которые поддерживали восхождение и карьеру Криспа, — судя по всему, за старшим сыном Константина от первого брака действительно стояли влиятельные круги западной политической элиты, сенаторская аристократия Галлии и Италии, которая, возможно, была нацелена на возрождение политической роли Рима и западных провинций в случае, если Крисп станет официальным и единственным наследником престола после Константина. Очевидно, Константин осознал этот альянс, сложившийся между Криспом и политической элитой западных провинций, и усмотрел в нем скрытую угрозу для своей власти, возможность государственного переворота в пользу Криспа, поэтому приказал расправиться как с самим Криспом, так и с его матерью Фаустой.

[257] Scharf R. Constantiniaci = Constantiniani? Ein Beitrag zur Textkritik der Notitia Dignitatum am Beispiel der «constantinischen» Truppen//Tyche. 1997. Bd. 12. S. 191.

[258] Scharf R. Constantiniaci = Constantiniani?.. S. 191, 195; MannJ. C. The Notitia Dignitatum — Dating and Survival//Britannia. 1991. Vol. 22. P. 219.

[259] Scharf R. Constantiniaci = Constantiniani?.. S. 194–195, 198, 203, 205–206, 209.