Я прогоняю картинку «офис, стол, диван, стол» и поднимаю глаза на водителя - молчаливого мужика лет пятидесяти по имени Василий.
- Далеко? - спрашиваю я у затылка Василия.
- Сорок минут, - говорит затылок.
Я смотрю в окно на удаляющийся город и думаю о том, что жизнь продолжает удивлять. Только вчера у меня был парень, квартира и более-менее понятное будущее. Сегодня у меня есть два чемодана, пакет с ромашкой и мятой, сомнительная сделка и сорок минут до загородного дома мужчины, которому я когда-то ничего не объяснила.
«Зато свежий воздух,- думаю я в сторону живота. -Ты потом скажешь мне спасибо».
Дом большой. Не пафосный - просто большой. Темное дерево, высокие потолки, огромные окна в сад. Никакой показухи. Все дорого, но как будто не для того, чтобы кто-то видел, а потому что он сам так хочет.
Рус стоит у входа. Джинсы, темный лонгслив в обтяжку. Без пиджака, без офисного панциря. Высокий. Сильный. Красивая фигура. Я помню, что у него хорошее тело. Очень даже хорошее...
«Маруся, ты беременна».
«Я помню, спасибо».
Я выхожу. Василий идет к багажнику. Достает мои пожитки. Рус смотрит на мои два чемодана и пакет с ромашкой. Уголок рта приподнимается. То ли улыбка, то ли нет - не поймешь.
- Василий занесет, - говорит он, переводя взгляд с чемоданов на меня, потом делает приглашающий жест рукой, - Пойдем, все тебе покажу.
Мы медленно обходим дом. Поднимаемся на второй этаж. Моя комната - тут, в торце коридора. Большая кровать, окно в сад, своя ванная.
«На первое время»,- сказал он, когда вел меня сюда. Я не спросила, что будет когда наступит «второе». А то спросишь и получишь мужской план-банан. А мне нужен мой женский планчик-бананчик.
- Устраивает? - спрашивает Рус от двери.
- Вполне, - говорю я, не оборачиваясь. Смотрю в окно на сад. Яблони, дорожки, скамейка у забора. - Тихо у тебя.
- Да.
- Ты всегда здесь живешь?
- Всегда.
Я поворачиваюсь. Он стоит в дверях - не заходит, просто стоит - и смотрит на меня. Спокойно. И… Привычно? Как будто я уже давно должна была быть в этой комнате и только сейчас добралась?
«Прекрати думать всякую чушь».
- Во сколько мероприятие? - тоном максимально деловым.
- В восемь. Выезжаем в семь тридцать.
- Хорошо.
Он кивает. Уходит. Я слышу его шаги по коридору - ровные, неспешные - и выдыхаю.
- Ничего, - шепчу я саду за окном. - Прорвемся.
Сад не отвечает, но яблони выглядят обнадеживающе.
Платье я привезла правильное. Черное, по фигуре, с вырезом ровно настолько, чтобы было о чем думать. Я стою перед зеркалом и смотрю на себя. Живота пока нет - только я знаю, что он будет. Это странное знание. Как будто несешь внутри тихую тайну, которая скоро станет очень громкой.
- Сегодня просто вечер, - говорю я отражению. - Просто вечер, просто платье, просто работа.