Поцелуи становятся настойчивее, а ещё… Я чувствую его эрекцию. И от мысли, к чему всё идёт, сердце разгоняется до таких пределов, что, кажется, выскочит сквозь рёбра.
– Аким!
Наконец, он со вздохом поднимается на локте, нависает надо мной и смотрит сверху вниз.
– Я не глухой. И границы знаю.
– Не заметно.
– Трусиха, – говорит хрипло. Тянется и ещё раз меня целует. – Тебе надо в душ и переодеться.
Сажусь, откидывая волосы с лица, и только в этот момент до меня доходит вся картинка. Я в этой одежде хожу второй день, и другой у меня с собой нет. Как и остальных моих личных вещей.
– Во что я могу переодеться?
– Возьми любую из моих футболок. И в ванной есть халат.
– Спасибо. Но всё же… Мне нужна моя одежда и всё остальное.
Он всё ещё лежит на боку, опираясь на локоть, и медленно, оценивающе скользит по мне глазами. От этого становится ещё жарче.
– Если вся твоя одежда выглядит как эта бабушкина жилетка – можно не забирать. Проще новое купить.
– Ты уже второй раз унижаешь меня на тему одежды.
– Не тебя, Зайка, – он протягивает руку и прочёсывает пальцами волосы. – А то, что ты натягиваешь на себя этот кошмар. Ты словно от этого мира прячешься. А скрывать такое тело – преступление. Тем более от меня.
– Псих.
– Ага, – легко соглашается и улыбается уголком губ. – Самый настоящий.
Он встаёт с матраса одним плавным движением. Из одежды на нём только чёрные боксеры, низко сидящие на бёдрах. Я должна отвернуться. Но вместо этого замираю и смотрю ему вслед, пока он идёт к рейлу с одеждой.
Заворожённо рассматриваю его тело – широкую спину с чётко прорисованными мышцами, перекатывающимися при каждом шаге, развёрнутые плечи и идеальную осанку. По коже тянутся тонкие шрамы – где-то едва заметные, где-то грубее. Но они не портят общий вид. В нём нет ни грамма лишнего – только подтянутое тело и сухие, сильные мышцы.
Опускаюсь взглядом ниже, к узкой талии и накачанным ягодицам, которые натягивают ткань боксеров так, что я невольно сглатываю. И даже когда он снимает чёрную футболку и возвращается ко мне – я продолжаю пялиться, не в силах отвести взгляд.
Ким тут же ловит меня на этом и довольно скалится.
– Ты милая.
– Что? Это ещё почему?
От его слов лицо огнём обдаёт. Быстро встаю и сама выхватываю из его рук футболку. Отхожу на пару шагов.
Неправильно. Как же всё неправильно.
Видимо, я была абсолютно не в себе, когда сдалась ему. Просто не представляю, что я теперь буду жить здесь. Завтракать с ним, обедать… ужинать. Просыпаться и засыпать под одним одеялом. Заниматься с ним…
– Потому что все твои мысли и эмоции написаны на лице. И конкретно в эту секунду ты жалеешь о том, что находишься здесь и, я уверен, уже просчитываешь ходы, как тебе сбежать от меня, – говорит, подходя ко мне почти вплотную. – Ну давай, поделись со мной, что ты там надумала.
– Я должна уехать, – выпаливаю, не глядя на него. – Это ошибка…
– А поехать к Дору ошибкой ты не считала, да? – выплёвывает ледяным тоном.
– Я не говорила этого. Так вышло. И я говорила почему.
– Охуенно у тебя выходит. И куда ты поедешь тогда? Я ведь правильно понимаю, что к предкам ты не хочешь, хер знает по какой причине. Денег у тебя тоже нет. И? Куда? По подвалам будешь шататься? Так я тебе скажу – проходил этот опыт и это полное дерьмище. Ну, так какие у тебя варианты?