– А что за книги на той полке?
– О, наконец ты заметил. Эти книги не продаются, но их можно почитать, пока находишься в кофейне. Просто скажи название любимой книги, имя любимого автора или опиши своё сегодняшнее настроение – и Сугава подберёт тебе подходящую, – объяснил Ваку.
– Что? Подходящую?..
– Слушай, парень. Давай-ка не говори «подходящую» так небрежно. Я имел в виду, тебе дадут то, что нужно, – бросил Ясуюки.
Я поправил очки и начал рассматривать книги, которые мог бы прочесть.
– Ну? Что хочешь почитать? Манга тоже есть.
– Нет. Мне не нравятся ни романы, ни манга.
– О, погоди! Постой! Неужели? Зачем же ты пришёл в книжный, если не любишь книги?
– Да нет, я не хочу сказать, что вообще не читаю. Но даже если прочту что-то, то не понимаю глубокого смысла. Так что, наверное, у меня поверхностное восприятие. Я не умею рассуждать так, чтобы это произвело на кого-нибудь впечатление. И самое худшее то, что я с самого начала неправильно интерпретирую суть текста, поэтому не имею права читать.
– Права?
Ясуюки глубоко вздохнул и переглянулся с Сугавой. Когда он стал наливать мне ещё пиалу ходзи, то задал вопрос:
– На этой полке есть знакомые вам книги?
Я впервые услышал мягкий голос Сугавы и был настолько тронут, что потерял дар речи. После минутного колебания я указал на полку:
– Вон та… Третья слева. «Никто не умирает». Читал её год назад.
Сказав это, я замолчал. Сугава моргнул, ничего не ответив. Я неловко сделал глоток ходзи. Линзы очков снова запотели.
Ясуюки первый нарушил тишину. Он сменил тему разговора, громко произнеся:
– Но «Никто не умрёт» Тоона Теллегена публиковалась очень давно. Удивительно, что эта книга ещё где-то продаётся.
– А, нет, думаю, что её купили тогда, когда она вышла.
– Думаешь?
Пока я сомневался, стоит ли рассказывать, в голове возник образ библиотеки, освещённой лампами накаливания, с большими деревянными книжными стеллажами, доходящими до потолка, и чёрным кожаным диваном посреди комнаты.
– Это книга отца…
Я почувствовал, как по щеке пробежал холодок, и заволновался, когда чуть раскосые глаза Ясуюки округлились. Слёзы потекли из моих глаз. Я снял очки и, протирая стёкла, попытался скрыть смущение, но это не сработало. Даже Сугава, который продолжил складывать бумагу для обложек, нахмурился и взглянул на меня.
Я успокоился и снова надел очки.
– Простите, простите. Можно ещё чай?
Когда я, с трудом сдерживая рыдания, бросил на стол ещё сто иен, Сугава сказал:
– Найдётся.
– Что?
– Попросите у Минами, точнее у управляющей Минами, книгу перед уходом. Она точно её найдёт. – Сугава махнул в сторону кассы.
Я обернулся и увидел, как из-за двери, находящейся за ней, выплывает белый призрак.
Пока я смотрел на него, не в силах вымолвить ни слова, призрак без головы приблизился и из него показалась Макино.