Твердый злился: «Что за… Зачем мне сдалась эта девка? Что она вообще о себе думает?» Через несколько минут пути его обожгла мысль: «Хочу ее, больше, чем когда-либо!»
Он достал из портфеля бутылку коньяку, открутил крышку и сделал три больших глотка прямо из горла. Вытер рот тыльной стороной ладони, взял сотовый, набрал номер резиденции и прорычал: «На завтрашний вечер вызови Милу!»
Водитель озадаченно глянул на хозяина: таким он Твердого не видел никогда.
От стены соседнего дома отделилась фигура Егора. Уфимцев направился к месту, где минуту назад кипели нешуточные страсти. Поднял букет, засунул его под мышку и двинулся в тот же подъезд, куда только что забежала Ворожцова.
– Игорь, иди отсюда! Я не открою! – предупредила Ася, увидев в глазок букет ее любимых белых альстромерий.
В дверь звонили не переставая.
– А ты какого лешего здесь делаешь? – удивленно спросила Ася, открыв-таки дверь и увидев Егора.
– Пришел извиниться.
– Извиниться?
Ворожцова выхватила букет и стала хлестать им Уфимцева. Он наконец поймал ее руку, кинул цветы на пол и прижал девушку лицом к стене. Ася начала вырываться, но молодой человек оказался силен. Он поцеловал ее в шею. Еще. Еще. Удерживая девушку у стены левым предплечьем, свободной рукой расстегнул замок платья, стащил его с плеч. Не давая опомниться, развернул Асю к себе, бесцеремонно сдавил ей грудь, наблюдая, как краснеет кожа под нежным кружевом бюстгальтера.
– О-о-о, кто-то уже полыхает от желания, да?
Он отпустил девушку, не дав ей опомниться, притянул к себе и поцеловал в губы, шею, грудь.
– Чайку попьем? Или продолжим? Да?
– Да.
– Не слышу…
– Да-а…
Егор нажал ей на плечи, понуждая встать на колени:
– Скажи громче…
– Да-а-а-а, – застонала Ася.
– Извини, дорогая, но у меня сегодня другие планы! – Он вытащил из внутреннего кармана ветровки бумаги и флешку. – Здесь все, что ты просила. Кстати, это был второй урок: «Не открывай двери незнакомцу с цветами». Как коллеге – бесплатно, но только сегодня.
Хлопнула дверь, и Ворожцову прорвало. Проревевшись, она с удивлением обнаружила рядом Блюму.
– Гордая, блин, и независимая. Что со мной происходит? Почему я позволяю это с собой делать? Дура я, да?
Игуана закивала головой, как болванчик.
– Блюма, беру тебя в свидетели. Обещаю: никаких мужчин, никаких отношений, кроме рабочих. Во всяком случае, пока не разберусь, что случилось в лесопарке.
Через час накормленная Блюма, прикрыв от наслаждения глаза, дремала под настольной лампой, а Ася, с трудом заставив себя сосредоточиться, изучала то, что принес Уфимцев.
24. Опытный оперативник
– Армен Казарян – старший лейтенант, опытный оперативник. Прошу любить и баловать, – неоднозначно завершил представление новенького сотрудника Петрос Багдасарович.
Хотя… Молодой, атлетически сложенный смуглый мужчина был очень хорош собой. С этим, как говорится, не поспоришь. Высокий лоб прикрыт густой челкой темных волос, неожиданно рыжая щетина на скулах, да еще и глаза как омут. Очевидно, в них утонула не одна женщина.
«Всегда думала, что оперативники неприметные, а этот притягивает к себе взгляды», – размышляла Ася.
После знакомства и обмена любезностями Саринян пожурил Армена за неуставной внешний вид и перешел к просьбе Ворожцовой: