Красота внутри: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Тогда и буду думать, — в конце концов решила она. — Если начну сомневаться сейчас, то и с места не двинусь.

И вновь сосредотачивалась на проблемах текущего момента, оставляя другие на потом — до них еще дожить надо.

В скором времени подвернулся удачный случай. Альберт, как назло, почти не отходивший от супруги, принял приглашение братьев Моретти и на целый день ускакал на охоту.

Настало время отважиться и совершить задуманное. Все было готово, медлить не имело смысла. Но буквально на пороге Вероника поняла, что не может вот так бросить Бекки.

Конечно, она не впервые вспомнила о сестре, давно уговаривала себя, что делать нечего, придется ее бросить, иначе никак. Вроде бы доводы разума побеждали, но сейчас, в последний момент, ничего не вышло.

И Вероника сдалась. Пусть все усилия окажутся напрасны, но Бекки она не предаст. Разыскала сестренку в саду, где та подрезала кусты роз (в последние дни девочка увлеклась садоводством), и рассказала о своем побеге.

— Мики, немедленно признайся, что ты меня разыгрываешь! — с ужасом воскликнула та. — Все равно я не верю — ты не можешь так с нами поступить. Куда ты бежишь? Зачем? А как же Альберт? Ведь сколько бы вы не ссорились, ты любишь его, сама не раз говорила…

— Бекки, я бы не стала так глупо и жестоко шутить. Ты не представляешь, как невыносимо тебя бросать, но я так больше не могу, правда. И я не люблю Альберта, никогда не любила, — сказала она и, забывшись, добавила: — Я люблю другого.

— Правда? Так ты сбегаешь с тайным возлюбленным! — страх в глазах Ребекки сменился восторженным удивлением. — Что ж ты сразу не сказала, это совсем другое дело! Хотя я все равно буду очень-очень по тебе скучать.

Силясь скрыть подступающие слезы, Вероника притянула Бекки к себе, и в ответ та изо всех сил стиснула ее в объятьях. Какой же она еще все-таки ребенок! Доверчивый, искренний. Не верилось, что и она со временем станет такой же высокомерной, чопорной и лицемерной, как Доминика и остальные выпускницы пансиона госпожи Эббет.

— Я пришлю тебе весточку, как только смогу, обещаю. Но скоро не получится — на ближайшее время я должна исчезнуть, понимаешь? — спросила Вероника, чуть отстранившись, чтобы посмотреть ей в глаза. Бекки кивнула. — Хорошая моя, я так тебя люблю! Ты ведь меня не выдашь? Сможешь притвориться, будто тоже поверила, что я умерла?

— Буду рыдать громче всех, весь дом залью слезами! Тем более, мне даже притворяться особенно не придется — ведь я так долго тебя не увижу, может, вообще никогда. Сложнее всего не начать плакать прямо сейчас.

Вероника позволила ей проводить себя до калитки, и Бекки сумела сдержаться. Она не проронила ни слезинки, только улыбалась и желала сестре счастья с тем, кого та так сильно полюбила. Поцеловав на прощание, долго стояла и махала ей вслед, пока тропинка не свернула за утес, скрыв девочку из вида.

Дойдя до места, Вероника переоделась и разложила платье и туфли возле края обрыва. Отрезала роскошную косу, оставив длину до лопаток, и тщательно втерла в волосы зелье, превратившее их из каштановых в неброские средне-русые. Спрятала сверток с деньгами в смене белья на дне корзины и прикрыла кульками с едой и мешочками со всякими дамскими мелочами. Много вещей незаметно взять не получилось, хотя парочку украшений она бы с удовольствием сохранила на память.

Впрочем, зачем ей память об этой неудавшейся, чужой, нелепой жизни? Тем более такая роскошная — чтобы в минуту слабости пожалеть? Оглянувшись на брошенные вещи, Вероника ощутила необычайную легкость, будто непосильную ношу сняли с плеч. Словно весь мир с множеством возможностей вдруг оказался в ее распоряжении.

Но когда солнце склонилось к закату, эйфория сменилась неуверенностью. Вероника не сумела рассчитать свои силы: до города она засветло не доберется. Брести в одиночестве ночью через поля и леса не хотелось, да и городские улицы вряд ли были безопаснее. Она уже думала заночевать прямо в поле, но в этот раз повезло — Вероника нашла пристанище.

Это был заброшенный сарай поодаль от тропы, возможно, раньше служивший хлевом. Внизу обнаружились стойки, чтобы привязывать животных, и корыта, из которых их поили. Все еще крепкая лестница вела на чердак, где хранилось старое сено, пыльное и совсем высохшее.

Она решила, что лучше варианта не найти: сухо, есть крыша над головой, а от ночной прохлады можно укрыться в этом стоге. Вероника перекусила всухомятку — разводить костер побоялась, мало ли кто придет на огонек. Все равно вскипятить чай ей было не в чем. Пока она ела, почти стемнело, и, устав с дороги, она с удовольствием вытянулась на мягком сене, покалывавшем спину сквозь платье.

К таким долгим прогулкам она не привыкла, ни в этой жизни, ни в прошлой. Ноги гудели, спину тянуло, будто шла не налегке, а с мешком цемента на плечах. Глаза слипались сами собой, и вскоре она задремала.

— Эй! Ты здесь?

Громкий окрик заставил подскочить и чуть не вскрикнуть от испуга. Вероника зажала рот рукой, слушая, как кто-то ходит внизу. Сквозь щели пробивался свет фонаря. Можно было попробовать рассмотреть сквозь них, что происходит, но она оцепенела от страха и сидела на коленях, боясь шевельнуться.

«Это просто еще один путник, как и я, решил тут заночевать, вот и спрашивает, нет ли здесь уже кого-нибудь, — пыталась она себя успокоить. — Я ведь тоже спросила, прежде чем войти».

Но этот довод вовсе не успокаивал. Если незнакомец поднимется и найдет ее, то сможет сделать с ней что угодно, и никто даже не узнает...

— Ника! Ты тут? Я знаю, что ты здесь, отзовись!

Кажется, это не случайный прохожий. То ли в ее смерть не поверили, то ли Бекки проболталась, но кто-то ищет именно ее. И голос… Она его узнала.

«Глупости, мне просто чудится, — подумала она. — Наверное, я буду слышать его еще долго, пока не забуду».

Ступени скрипнули, и у нее сжалось сердце. Бежать было некуда, спрятаться негде. Если только зарыться в сено, но уже поздно, он бы услышал.

Пара секунд — и перед Вероникой возникли рыжие вихры, подсвеченные керосиновой лампой, и насмешливые серо-зеленые глаза. Она отшатнулась от неожиданности. Слезы против воли потекли по щекам.

— Кажется, я сошла с ума, — пробормотала она. — И вижу галлюцинации, в этот раз настоящие… Но что на тебе надето?

Вместо привычных красивых вещей из ее старого мира на нем была скромная, не сказать, бедная одежда по местной моде. Впрочем, он и ее носил на свой манер, с небрежной элегантностью, и грубые домотканые вещи выглядели удачно подобранным комплектом в стиле бохо.