Лосины плотно оплетают фигуру, которая выгравирована у меня в памяти намертво.
Ровно через три секунды ее взгляд ударяется о мой.
Она тормозит, закусывая губу, а в нее почти врезается какой-то малец, которого мне лично хочется размазать по стенке лишь за то, что он к ней прикоснулся.
В мгновение Ока оказываюсь рядом и за локоть увожу в раздевалку.
Для тренеров.
Здесь пусто, и я блокирую дверь шваброй.
А затем сталкиваюсь лицом к лицу с той, которая сводит с ума.
Рассматриваю как маньяк, потянув лыбу во все тридцать два.
— Ну здравствуй, Островерхова.
Она кусает губы и хмурится, растирая руку.
Я же не сильно не взял? Какого тогда?
— Какого черта ты себе позволяешь? — пыхтит и краснеет, вмиг оживая от ярких эмоций в мою сторону.
Вау.
Пришибает нахрен.
Я на полном серьезе планирую бесить ее, чтобы жрать чуть больше эмоций, которых обычно я не вижу. Это похоже на подвид мазохизма? Вероятно, скорее да, чем нет.
Яна кусает губы и часто-часто моргает, всматриваясь в меня влажным взглядом олененка Бэмби.
Так на меня не смотрел никто и никогда. Всегда прожженные взгляды проворных сук, точно знавших, что они по жизни хотят.
В башке пульсирует, и я пытаюсь заставить себя не совершать глупости, но рядом с ней глупости — это мое второе имя.
Сбивчиво дышу, делая шаг навстречу. Яна — два назад, как будто это поможет.
— Что же я себе позволяю? — хмыкаю, бросая взгляд на пустую раздевалку. Тут точно никого, а значит есть карт-бланш.
— Серьезно? Ты преследуешь меня! Кем ты себя возомнил? — краснеет еще больше, практически взрываясь от переполняющей злости. Очень красиво злится. Я бы попробовал ее злость языком.
Пульсация становится настолько сильной, что я в моменте не слышу ничего. ощущение, как будто пропустил удар на ринге
— Я тебя хочу. Забрать тебя от мужа, потому что он тебе не подходит, а я вот идеально, — шепчу на запредельно низких частотах, и мне кажется, что я вообще это мысленно произнес.
Сначала кажется, потому что потом я вижу максимально удивленное лицо, вытягивающееся все сильнее с каждой секундой.
Она ударяет меня по лицу, и я позволяю. Потому что это тот контакт, которого я так сильно хочу.
Яна отшатывается от меня, а я резко придвигаюсь и впиваюсь в ее губы, одновременно блокируя все попытки меня оттолкнуть. Это доля секунды. Я втрамбовываюсь в нее, резко толкаясь в приоткрытый рот, языком проезжаюсь по горячим губам, сладким как мед. Второй рукой удерживаю затылок и не даю сдвинуться с места.
В голове ядерный взрыв, меня подбрасывает от силы разорвавшегося снаряда. Я все жру ее и жру, толкаясь языком глубже. Насилую ртом, напитываясь ароматами и вкусами, которые мне всегда было нельзя. Со стоном притягиваю ее максимально близко и чувствую все выдающиеся части фигуры, сносящие башку в ноль.
Отрубите мне голову, потому что я больше не смогу без… этого.
Щелкает сильнее. И вот я уже прижимаю Яну к стенке и сжимаю в своих руках, ощущая каждый, сука, сантиметр, под пальцами. Горит тело, горит все.
В пепел превращается.