— Эрин, чёрт возьми, извини.
Она с удивлением подняла глаза и увидела боль на его лице. Ладно, это не тот ответ, которого она ожидала.
— Несколько минут назад ты говорил мне, что я должна забыть твоё прошлое, а теперь извиняешься. Боже, ты даже не можешь винить ПМС в перепадах настроения.
Ганнер взял обе её руки в свои и потёр большими пальцами её костяшки. Он попытался скривить лицо в улыбке, но безуспешно. Его рот выглядел так, словно его тянули на резинках.
— Знать, моё прошлое — это одно, а видеть его — другое. Я бы не справился, если бы мне пришлось… если бы я мог увидеть другого мужчину… — Ганнер с трудом сглотнул, — прикоснувшегося к тебе. Ненавижу, что у тебя есть видения. Я ненавижу всё, что тебе приходится видеть, и, чёрт возьми, я действительно хотел бы, чтобы ты этого не видела.
Эрин перелезла и села к нему на колени, ненадолго прижав свою задницу к гудку. Она хихикнула, когда громкий гудок снял напряжение, которое возникло в его твёрдом теле.
— Я видела и похуже. Хотя, только...
Она взвизгнула, когда он ущипнул её ягодицу.
— Но я думаю, что Исида сделала это специально. Думаю, она сознательно думала об этом, а потом наткнулась на меня. Я не знаю почему, возможно, она знает о нас.
— Черт! — проревел Ганнер, дёргая её тело.
— Ой! Прямо мне в ухо! — проворчала Эрин.
— Прости, детка, — промурлыкал он, слегка покачивая её телом. — Но я думаю, что знаю, почему она это сделала. Она хотела разозлить тебя.
— Но зачем?
Ганнер не ответил, и она похлопала его по руке.
— Чтобы украсть твой пистолет.
Ужас Эрин усилился, когда он рассказал ей о том, что Исида нашла его, а затем попыталась шантажировать.
— Блинский блин, я даже не догадалась. Сегодня утром мой пистолет был в моей сумке.
— Я положил его обратно.
Эрин попыталась слезть с его колен, но Ганнер вцепился в неё.
— Почему ты не сказал мне, когда это произошло? — проворчала она.
Ганнер фыркнул и посмотрел на неё, как на сумасшедшую.
— И расстроить тебя перед тем, как мы вчера занялись сексом? Ты шутишь, что ли? Я не такой тупой.
Эрин проигнорировала это и сосредоточилась на том, что для неё значила ситуация. Её уволят; она была в этом уверена. Агентство не могло мириться с таким количеством косяков, и она выполнила свою норму.
— О, это действительно плохо.
— Я разберусь с этим. Я собираюсь поговорить с Исидой.
— Это должна сделать я…
— Нет, не надо, держись от неё подальше, она неразумная, — твёрдо сказал он ей.
— Так как ты собираешься её урезонить?
Его лицо ожесточилось.
— Никак, я собираюсь угрожать ей.