— Ты веришь в это сейчас?
— Как я могу не верить? — прошептал я. — Ты здесь.
Риэль нежно поцеловала меня в грудь, прежде чем нахмурилась.
— Что? — спросил я.
Она покачала головой, приподнимаясь, чтобы опереться на локоть.
— Я не знаю. Что-то… изменилось. Я могу более контролировать… свою течку?
Это соответствовало тому, что я знал о течке омег. Она не сходила с ума от желания. Она не корчилась от боли из-за потребности, которое нужно было удовлетворить. Но перед тем, как я отнес ее в постель, она упомянула о соке.
— Тебе и раньше хотелось этого наркотика, — напомнил я. — Как ты себя сейчас чувствуешь?
Риэль пожала плечами.
— Меня это не привлекает. Как ты думаешь, это вернется вместе с тягой к… — она отвела взгляд, — тебе?
— Я не знаю.
Мысль о том, что ее желание ко мне связано с отказом от сока, выбила меня из колеи.
— Но мне нужно, чтобы ты сказала мне, если это произойдет.
Она кивнула.
— Может быть, эта связь что-то значит, — пробормотала она, почти про себя. — То, как сок воздействует на животное, и то, как наша связь, похоже влияет на симптомы. Может ли это… Я не знаю, может ли это что-то значить?
Я обдумал это. С наступлением течки ломка усилилась, но она смогла сопротивляться этому.
И спаривание полностью убрало тягу. Без сомнения, это что-то значило. Черт, если бы я еще понял, что.
— Необходимы дополнительные исследования, — ответил я, и Риэль ухмыльнулась.
— Ты только что пошутил о сексе?
— Я же говорил тебе, я все время шучу.
Ее взгляд стал нежнее.
— Да, я помню.
Она снова положила голову мне на грудь. Я чувствовал, как ее кожа становиться горячее. Скоро она снова будет пульсировать от желания.
— Значит, ты мне поможешь? — спросил я. — С моими исследованиями?
— Ты имеешь в виду больше секса или партнера по лабораторным работам?
— Технически, и то и другое.
Я провел большим пальцем по ее полной нижней губе, уже пробуя на вкус поцелуй, который я ей подарю.
— Теперь мы можем сделать и то, и другое, Риэль. Любить друг друга и помогать другим омегам найти способ контролировать эту зависимость.
— Больше никакой стены, — пробормотала она.
— Это, черт возьми, в прошлом.