Продрал глаза и уставился в потолок, пытаясь понять, какое сейчас вообще время года, какой день недели, час и почему так светло. Солнце заливало комнату через щели, рисуя на полу яркие полосы, и по этим полосам было ясно, что утро давно перешло в день, а я все еще валяюсь.
Рект развалился звездой посреди пола и храпел так самозабвенно, что казалось, стены вздрагивают на каждом выдохе. Уля нигде не видно, видимо, ушел еще раньше. Горшок в центре комнаты давно остыл, но солнце и без того припекает неплохо, так что холода нет и в помине.
Хорошо все-таки, что погода держится уже которую неделю подряд. В ливень, да еще с ветром, жить тут было бы куда тоскливее. Стены продувает, крыша не везде внушает доверия, а про обувь лучше вообще не вспоминать. Пока сухо и тепло, можно бегать почти босым и не отвлекаться на мелочи, но рано или поздно все же придется что-то с этим решать. Первые дожди напомнят, если сам не вспомню.
Потянулся, сел, покрутил шеей. Тело гудит, но не болит, а это уже неплохо после вчерашней ночи. Нашел в углу пару недоеденных пирожков, перекусил на ходу, запил водой из кружки. Ну и всё, можно потихонечку начинать жить, все условия для этого вроде выполнены.
Сегодня день без лишних перенапряжений, все-таки ночка выдалась та еще. Но зарядку никто не отменял, каким-то правилам следовать надо обязательно, иначе весь распорядок посыплется, а вместе с ним и Разрушение, которое и так буксует.
Правда, любопытство все же пересилило. Утром ведь уже успели постоять у лазарета, заглянуть внутрь, и многие после этого разошлись по домам. Но не все, Ольд как одержимый пошел заниматься дверьми и еще чем-то, Бьерн с Хоргом стояли, осматривали пол, стены, о чем-то переговаривались вполголоса.
Дружно получилось, хорошо, честно не ожидал, что настолько слаженно все пройдет. Ну и от Сурика не ожидал, что он сможет вот так, за считанные часы, поднять полдеревни на стройку. Кажется, даже кто-то из валунковских помогал, не считая Стурма с Руктом, и вроде плотник оттуда же подтянулся, но они, скорее всего, просто сами стянулись на шум.
Так что первым делом, как проснулся и поел, пошел к лазарету, а там оказалось на удивление многолюдно. Люди выстроились в очередь, кто-то сидит на земле, привалившись к стене, а изнутри доносятся крики Эдвина. Ну да, кто бы сомневался, он же у нас и лекарь, и знахарь, и главный специалист по метанию навоза, по всем этим параметрам совершенно незаменимый.
Добротная дверь уже стоит, подогнанная на совесть. Крыльцо тоже есть, видно, что временное, но сделано крепко. На окнах деревянные ставни, одна приоткрыта, и внутри виднеется натянутый бычий пузырь, чтобы хоть как-то дневной свет пропускать. Надо будет потом озаботиться стеклом, но эти мысли лучше пока гнать подальше. Я Дагне горн обещал, не даю ей самой строить, а тут уже о стекле размечтался, для которого целую производственную линию поднимать надо.
— А чего он орет? — кивнул в сторону лазарета и уточнил у какого-то бедолаги с перемотанной рукой.
— Да я сам не знаю, — тот пожал здоровым плечом. — Мне велели в лазарет идти, а тут этот… Не пускает никого, возится с какой-то женщиной, говорит, остальные подождут.
— Ага, понял, — посмотрел на остальных. Действительно, у всех тут травмы легкие, да и сильно больными они не выглядят. Подождут, помереть в ближайшие минуты не должны, наверное.
Заглянул внутрь, а там уже и лавочки стоят по стенам, и лежанки какие-никакие есть. Всего лежачих войдет человек шесть, хотя потом можно будет двухъярусные поставить и тогда, соответственно, вдвое больше. Правда ходить между ними будет неудобно, да и лежать не как на царских перинах, все максимально тесно.
На лавках можно разместить целую толпу сидячих, но тогда влезет меньше лежачих. Впрочем, сидячим тоже помощь нужна, и теперь остается только выработать порядок лечения. Сколько надо сидеть под пыльцой для достижения эффекта, как лучше ее получать, на какие части тела направлять и есть ли ограничение по количеству людей одновременно. Все это придет с опытом, а пока понятно одно: лежание под пыльцой помогает оздоровиться и набраться сил, вчера многие это почувствовали на себе.
— А ну дверь закрыл, придурок!
Эдвин рыкнул, даже не обернувшись. И действительно, в лицо ударил ворох искрящейся пыли и порывом сквозняка улетел куда-то наружу, так что я поспешил забежать внутрь и плотно закрыл за собой дверь.
Кстати, и вправду плотно, подогнана как надо. Правда, дверь деревянная, вряд ли камерной сушки, а значит может ее повести со временем. Но Ольд наверняка либо продумал это заранее, либо будет выправлять по мере необходимости. Вон, уже сейчас для герметичности косяк обложен полоской кожи, что позволяет закрывать дверь почти без зазоров.
Внутри царит полумрак, пол чуть теплый, но пока погода такая, что топить сильно и не надо. Сверху, из потолочной балки, тихо высыпается едва заметная пыльца и висит взвесью в воздухе, никуда не улетает.
Потолок заделан, все щели законопачены, чтобы сквозняки не гуляли, выход на второй этаж тоже загерметизирован. Тратить единичку на анализ бревна не стал, и так видно, что работает как надо. Если прислушаться, тихо гудит, а руны восстановления мерцают едва заметно.
Ну а на одной из коек, прямо по центру, под самым бревном, лежит мать Сурика. Пока без сознания, да и выглядит так себе, но я уже верю, что она поправится.
— Чего приперся? Мешать? Я уже Сурика твоего прогнал раз пять за утро, и тебя прогоню! — обернулся Эдвин. — Я что, зря тащил из дома всю эту дрянь?
Он покосился на одну из коек, а там и впрямь разложены какие-то пучки трав, ступки, пузырьки. Стоял, чего-то намешивал и явно был недоволен, что в лечебном помещении посторонние.
А я задумался, что пристройка все-таки нужна, и надо было еще больше дверных проемов оставлять. Как минимум для самого лекаря и прочих помощников, чтобы было где готовить снадобья и проводить осмотр.
Лазарет помогает с восстановлением, это да, но многим одной пыльцы будет недостаточно. Матери Сурика, например, или если кому руку разгрызут, сосуды все равно надо как-то затягивать, сшивать, перевязывать, а пыльца просто позволит организму продержаться чуть дольше. Чудеса в этом есть, но полагаться только на них не выходит.
— Ну ладно, не буду мешать. Сурика хоть порадовать? Все в порядке будет?
— Теперь да, — процедил сквозь зубы Эдвин и продолжил заниматься своими делами. А когда я уже выходил, окликнул.
— Рей.
— М? — обернулся, а Эдвин смотрит мне прямо в глаза.
Ну вот, сейчас скажет что-нибудь серьезное. Давно пора, я ведь правда старался, и лазарет этот действительно получился. Новое чудо деревни, не иначе, потом сюда из города народ потянется, а то и сам лорд приедет на санаторное лечение, вот уверен.
— Может, ты и не настолько убогий, как я думал раньше, — кивнул Эдвин и снова позабыл о моем существовании.