— Мне кажется, твой предшественник не ошибся. Ты хороший Король, Эйдан.
Я коснулась его запястья, погладила кончиками пальцев, а Эйдан посмотрел на мою руку задумчиво, кивнул, как будто самому себе.
— Ты ведь помнишь, что у нас осталось не так много времени?
Он все-таки решился заговорить об этом, но теперь мне почему-то было много легче, чем десятью минутами ранее.
— Да. И ты сдержал своё слово. Это было восхитительно. Во всех смыслах.
Я улыбнулась ему абсолютно искренне, но тут же почувствовала, что на глаза наворачиваются глупые слезы.
Я не хотела прощаться с ним навсегда, не хотела его забывать. Даже зная, что он останется всего лишь маленьким ярким эпизодом в моём прошлом, я предпочла бы, чтобы он всё равно… остался.
— Я рад, — Эйдан неожиданно улыбнулся мне в ответ, но так же как я сама, быстро и бледно. — Я бы не сделал этого, если бы не видел, что тебе это подходит. Что лес тебе подходит. А ты ему.
Я задержала дыхание, потому что вот это уже было похоже на приглашение.
На предложение, которое я ждала и боялась, потому что не успела решить, что могу и должна на него ответить.
Однако Эйдан не торопился, а я окончательно перестала понимать, чего сейчас хочу больше — возможности остаться здесь с ним, или объяснений, почему он не может и не хочет позволить мне это.
Разумнее всего для нас обоих было бы отказаться как от первого, так и от второго, но отчего-то мне казалось, что просто обойти это молчанием не получится.
Молчание начинало затягиваться, и Эйдан облизнул губы так быстро, как если бы прямо сейчас смирялся с поражением.
— Я хочу сделать тебе подарок. Что-то, что останется с тобой. Ты не будешь помнить, откуда эта вещь у тебя взялась, но глядя на нее, будешь испытывать все то, что испытала здесь. Правда, я понятия не имею, что это могло бы быть, и что ты любишь, — он снова перехватил мой взгляд, и я задержала дыхание от того, каким серьезным он был. — Чего ты хочешь?
Это было хуже, чем объяснения в том, в чем он объясняться был не обязан.
Это были… извинения.
Эйдан не сказал этого вслух, но я чувствовала его сожаление так ярко, словно испытывала его сама.
Его предложение было честным. Зная, что я пойму это без лишних объяснений, он не предполагал, что я попрошу звезду с неба или брошу эту щедрость ему в лицо. Он в самом деле ждал от меня ответа, опасаясь, что я стану на него злиться.
Как будто это могло и должно было иметь значение для него.
За всё это и многое другое разом мне хотелось его разве что обнять, но я только уставилась в траву и заставила себя проглотить ком в горле.
То, что я хотела, — на самом деле хотела, — у него попросить, было чрезмерно большой наглостью и ещё более нереально, чем звезда.
— Кэтти? — Эйдан позвал тихо и, кажется, встревоженно.
Мне очень нравилось, как он произносил моё имя. Оно было самым обычным, но в его исполнении звучало как особенное.
Король ждал, а я боялась заговорить, потому что всего парой слов рисковала испортить всё, что было в эти дни между нами.
Вряд ли он предлагал подобное другим.
Вряд ли вообще говорил им о том, что их воспоминания будут стёрты.
Со мной же Эйдан прощался с уважением, и Змеиный лес шелестел над головой так же успокаивающе и ласково, как в нашу первую ночь.
Казалось, что целая жизнь прошла с тех пор.
— Кэтлин, красавица?
Он окликнул меня снова, коснулся костяшками пальцев подбородка.