Фактически произнёс то, на что не хватило смелости мне самой.
— Если честно, да, — я потянулась и пропустила между пальцами пряди его волос. — Когда-то это казалось мне обидным, потом я примирилась с тем, что они имеют на это право. Они сделали всё, что должны были. Кстати, а у змей бывают дети?
От того, как внезапно эта мысль пришла мне в голову, я даже приподнялась, едва не врезавшись в его плечо, а Эйдан засмеялся.
— Ну конечно. Просто у них свой праздник. Вы же не берете детей, скажем, в бар.
Вообразив, как могла бы отреагировать детская психика на сцену, подобную той, что я сама видела на поляне, я все-таки отвела глаза.
— А как это?.. Я имею в виду, вы же змеи, и…
Он перехватил меня за подбородок, вынуждая снова посмотреть себе в лицо.
— Самым естественным путём. Наши дети ничем не отличаются от ваших, Кэт. Лет, скажем, с семи. До этого возраста нам тяжело контролировать процесс обращения. Ни в одном детском центре или школе не обрадуются, если милый малыш разволнуется и превратится в змею.
Он улыбался, очевидно предлагая мне представить себе нечто подобное.
Я представила, и хорошего получилось мало.
Так мало, что пришлось облизнуть враз пересохшие губы.
— А ты… У тебя есть дети?
Вот это было уже не просто бестактно, а запредельно, но Эйдан вместо того, чтобы поставить меня на место улыбнулся снова и погладил моё лицо.
— Нет. Наше принципиальное отличие от людей в том, что мы не можем стать родителями случайно. Это происходит только по доброй воле и с теми, кого мы выбрали себе в партнёры. Поэтому у змей не бывает нелюбимых детей.
Вывод оказался вполне логичным, но у меня отчего-то защемило в груди.
Эйдан же опустил голову и поцеловал меня в плечо.
— Что касается бессмертия… Нет, мне не скучно. Ты можешь так много увидеть. Так много узнать. Любоваться миром без спешки. Нэзвилл растёт как ребёнок на наших глазах.
Это звучало, да и было красиво.
Я медленно переложила руку ему на затылок, погладила волосы и шею сзади.
Вопреки всем доводам разума, Эйдан ощущался таким… родным. Как если бы мы провели вместе не три беззаботных дня, а три долгих насыщенных самыми разными событиями года.
Сейчас он прощался со мной — как и должно было быть.
Прощался, но не предлагал остаться.
Я осторожно приподнялась, чтобы ненароком не оттолкнуть его, и крепче прижала ладонь к его спине, пытаясь подобрать слова.
Он же продолжил так, словно не заметил, какое впечатление на меня произвёл.
— Поэтому я сказал, что ты здорово меня встряхнула. Когда живёшь здесь, начинаешь забывать, как много всего плохого есть в мире. Это ведь не так важно, если есть место, в которое всегда можешь вернуться.
— Но ты ведь не обязан заботиться о городе и людях, живущих в нём, — радуясь возможной передышке, я переключилась на очередной вопрос.
Эйдан посмотрел куда-то поверх моей головы, прежде чем ответил.
— И да, и нет. Прямого договора об этом нет, но подношения в Змеиные дни никто не отменял. Люди всегда просили Короля о защите, а тот защищал их.
Вспышка озарения оказалась настолько внезапной и ослепительной, что я резко села, не стесняясь ни своей наготы, ни того, что Эйдану пришлось шарахнуться назад, чтобы избежать удара в челюсть.
— Постой, а предыдущий Король? Не мог же трон пустовать, когда появился ты. Или тебе пришлось повоевать за этот лес?