Ему нравилось смотреть, нравилось чувствовать так. Даже моя почти вызывающая неопытность пришлась ему по вкусу.
Всё это было результатом его настойчивости и способности дать больше, чем обещал, и я постепенно ускорилась, сводя с ума нас обоих, показывая ему действием, как много он на самом деле подарил мне.
Этого потребовалось так мало — ощущение приближающегося оргазма, которое я так быстро научилась различать, накрыло с головой, и я громко охнула, когда Эйдан резко сменил положение.
Он сел, подхватил меня под спину, насаживая на себя, и обнял, чтобы мне не пришлось отвлекаться на то, чтобы держать равновесие.
Казалось, это длилось часами.
Эйдан тихо застонал мне на ухо, — так удивительно беззащитно, — и я, вцепилась в его плечи крепче, мечтая только о том, чтобы оно не заканчивалось никогда.
Глава 16
Звезды зажглись в бархатном ночном небе россыпью крупных жемчужин.
Я любовалась ими, лежу на боку и стараясь не думать о том, что началась моя последняя ночь в Змеином лесу.
Эйдан обнимал меня сзади, бережно накрыв ладонью грудь и прижавшись коленом к моей промежности.
Лёгкая усталость пополам со ставшим уже фоновым возбуждением кружили голову не хуже вина, и я улыбалась сама не зная, чему. Как будто миру в целом.
— Ты знаешь, — Король осторожно пошевелился, поцеловал меня в шею сзади. — Ты здорово меня встряхнула.
— Может, ты просто пресытился красивыми женщинами? — смешок у меня получился коротким, но довольным.
Выбор у него и правда был огромен, и если он предпочёл провести праздник со мной…
— Кстати, твои змеи не будут на тебя злиться? Ты ведь наверняка проводишь эту ночь с ними.
— Обычно да, — Эйдан улыбнулся в ответ так, что я почувствовала эту улыбку кожей, и погладил меня по голове. — Но я видел много праздников. Столько же, сколько лет живут здесь. Думаю, меня поймут.
Я невольно насторожилась, решая, могу ли спрашивать о том, о чем спросить хотелось. Едва ли это было прилично, но до сих пор Король мне в ответах не отказывал.
— Скажи, — всё же решившись, я развернулась на спину и закинула руку ему на плечо, чтобы видеть лицо. — А каково это — жить вечно? Тебе правда не бывает скучно?
Он сделался серьёзным так быстро, что я почти пожалела о том, что не удержала язык за зубами.
Однако Эйдан немного сменил положение, лёг рядом, приподнявшись на локте, а после провёл кончиками пальцев по моему лицу.
— Нет. Одно время это было очень модно в литературе — преподносить бессмертие как проклятие и кару. Гарантию того, что по определению переживёшь всех, кто тебе дорог.
— А разве не так? — я перехватила его руку и коснулась губами ладони, не задумываясь над тем, что и зачем делаю.
Эйдан тут же вернул мне эту ласку коротким поцелуем в губы.
— Я, к счастью, был от этого избавлен. В моей смертной жизни не было никого, кто стал бы обо мне тосковать. Равно как и я.
— Некоторое называют это свободой, — я немного сместилась, чтобы ненароком не отпустить его взгляд.
— А у тебя есть кто-нибудь? Кто-то, кто ждёт тебя дома?
На этот раз своим вопросом ошарашил меня он.
Раздумывая, как ответить правильно, я пожала плечами, и Эйдан воспользовался моментом, чтобы подложить руку мне под спину.
— Как сказать… У меня есть родители, но мы не слишком близки. С тех пор как я закончила школу, они не несут за меня ответственности.
— И не слишком интересуются твоими делами, — он закончил за меня с невеселой усмешкой.