Но я всё равно оказалась недостаточно быстрой. Телекинетический удар задел плечо, развернул меня и заставил споткнуться.
— Взять её живой, — приказал телекинетик, пока мечник надвигался. — Босс захочет об этой услышать.
Ярость вспыхнула во мне, и я сжала в ладонях два кола. Я только что впервые за целую вечность вдохнула вкус свободы — и не позволю этим кровососам снова запереть меня в клетке.
Мечник ринулся вперёд. Я резко пригнулась, уходя из-под удара, и всадила кол ему в бедро. Вампир взревел, тёмная кровь брызнула в ночной воздух — но рана не была смертельной.
Его сообщник попытался ударить меня ещё одной телекинетической волной, но я поджала ноги и прыгнула прежде, чем энергия успела меня настигнуть. Ледяной ветер подхватил полы моего пыльника, распахнув его за спиной, когда я взмыла вверх, и я метнула второй кол в телекинетика.
Его глаза едва не вылезли из орбит, когда серебро пронзило сердце. Он рухнул на колени, и тело его начало распадаться.
Но второй вампир взмыл за мной в воздух — и я оказалась слишком медленной.
Я извернулась в полёте, когда он опустил меч, и вскинула предплечье, чтобы блокировать удар. Наруч принял на себя силу удара, но импульс отбросил меня прочь.
Боль взорвалась по всему телу, когда я рухнула на мостовую. Пыль взметнулась облаком, камень подо мной треснул, образовав воронку.
Сапоги вампира ударились о мостовую. Я перекатилась на бок, пытаясь подняться, пока он надвигался.
— Я вырву тебе глотку и напьюсь твоей крови прямо здесь, в этом переулке, — прорычал он, глаза полыхали яростью.
Вот тебе и «взять живой».
К тому моменту, как он сократил расстояние, я сумела подняться на колени, но руки дрожали так сильно, что я едва могла вытащить следующий кол.
Безнадёжность накрыла меня волной. Плечи невольно поникли.
Неужели вот так я и умру?
После десятилетий, проведённых в гробнице, только-только обретя свободу — чтобы закончить жизнь в грязном переулке от рук какого-то жалкого вампирского громилы, который даже магией пользоваться не умеет?
Вампир потянулся к моей шее — и вдруг замер. Его ладонь остановилась в дюймах от моей кожи.
Глаза расширились. Моё дыхание оборвалось, когда его рука задрожала, отказываясь подчиняться хозяину.
— Думаю, на сегодня достаточно, — произнёс знакомый голос.
Когтистая рука пробила грудь вампира насквозь, вырвав дыру прямо в центре его тела.
На этот раз уже я уставилась широко раскрытыми глазами, когда бледный кулак сжал его неживое сердце — и вытащил его обратно через зияющее отверстие.
Мой несостоявшийся убийца рухнул на мостовую, открывая стоявшего за ним другого вампира.
Но сравнивать того, кто возвышался надо мной, с тем, что лежал у моих колен, было всё равно что сравнивать милого светлячка с кометой, рассекающей небо.
Вампир, истекавший кровью у моих ног, был опасен — но всего лишь обычный громила: усиленная сила, скорость, обострённые чувства, и ни крупицы магии.
А тот, кто стоял передо мной, буквально излучал мощь. Она мерцала в люминесцентном сиянии его кожи и волос, ощущалась в едва заметном гуле и смещении воздуха вокруг него. Его аура заполняла весь переулок, занимая куда больше пространства, чем позволяла его стройная фигура.
— Хм.
Максимиллиан задумчиво изучил сердце в своей руке, затем сжал его в кулаке.
Кровь стекала по мускулистому предплечью, пропитывая рукав, прежде чем он опустил руку, позволяя каплям падать на булыжник.
Он посмотрел на меня из-под опущенных бровей; глаза, полные звёздного огня, сверкнули.
— Прошу прощения, что вмешался, но мне показалось, что тебе требуется помощь.