Макс хлопает меня по спине. Сильно — я чуть не давлюсь.
— Знаю, — ухмыляюсь. — Говори что-то новое.
— Тост! За лучшую вечеринку года!
Стаканы звенят. Третий шот — уже мягче, привычнее. Или это я размягчился.
Вика липнет к боку — теплая, пахнет чем-то сладким и удушающим. Духи подделка, наверное, на что-то брендовое, мне они совсем не нравятся. Рука с идеальным маникюром ложится мне на плечо.
— Арс, потанцуем?
— Позже.
— Ты так всегда говоришь… — обижается кукла.
— И всегда выполняю. Позже.
Она надувает губы — отработанный жест, который должен быть милым. Не цепляет. Давно не цепляет.
Отхожу к окну. Здесь чуть тише, можно дышать. За стеклом — бассейн, голубой свет на воде, силуэты людей вокруг. Красиво. Дорого. Привычно.
Достаю телефон.
Синичка написала, что приехала. Минут десять назад. Или пятнадцать? Время плывет.
Она где-то здесь.
Мысль странная — теплая и беспокойная одновременно. Синичка на вечеринке Макса. Синичка среди всего этого… цирка. Как редкая рыбка в аквариуме с пираньями.
—...а Дорохов сегодня в ударе.
Голоса за спиной. Ромка и Стас — из моей компании, оба уже навеселе.
— Видел, кого он присмотрел?
— Не, кого?
— Ту тихоню. Мелкую, с каштановыми волосами. Которая вечно в углу сидит.
Холод.
Внутри изниоткуда просыпается резкий, трезвящий холод.
Поворачиваюсь.
— О ком вы?
Ромка пожимает плечами.
— Да хрен ее знает, не помню как зовут. Тихая такая, с нашей группы вроде. Дорохов сказал, что сегодня ее разыграет. Ну, в своем стиле.
«Разыграет».
Я знаю, что это значит.
Макс Дорохов славится своими «розыгрышами». Выбирает кого-то — обычно тихую, незаметную, неопытную. Поит. Кружит голову. А потом…
Потом бывает по-разному. Иногда — просто унижение. Фото, видео, сторис на весь универ. Иногда, если девочка нравится, он может не обойтись только смешками и фотками. Он конечно никого не насилует, да и зачастую девушки потом пытаются продолжить их связь, но он слишком ветреный для серьезных отношений.