— Познакомься, сынок, — бросаю на Влада взгляд. — Моя жена — Марьяна Таранова. А на кухню только что унесли твою младшую сестренку — Софию Таранову…
Глава 54. Леша
— Это розыгрыш такой, пап? — наконец реагирует Влад немного отойдя от шока. — Ты реально повелся на эту… и решил меня так проучить?
— Именно так, — киваю я. — Это тебе ценный урок на будущее, сын. Научись нести ответственность и отвечать за свои слова. А теперь поспеши. Я попросил Ивана помочь тебе собрать вещи. У тебя самолет в полночь.
— Да никуда я не…
— Поедешь! — отрезаю я строго, и чувствую как тонкая ручка вздрагивает в моей ладони. Сжимаю пальчики чуть сильнее, и говорю уже куда спокойнее, чтобы не пугать свою нежную жену. — Это не обсуждается, Влад. Покуда ты продолжаешь сидеть у меня на шее, я решаю где ты будешь жить и учиться. Ты конечно можешь остаться в Москве, но тогда — за свой счет. А для этого тебе, по меньшей мере, придется устроиться на работу.
Он морщится неприязненно. А я даже не сомневался, что он никак не сможет обойти мой рычаг давления, ведь все мои предыдущие попытки приобщить великовозрастного сына к труду сводились к тому, что ему некогда работать. Он конечно отговаривался учебой, но мы то оба прекрасно понимали, что все его время отнимают тусовки и бесконечные мажорские развлекухи, которые я вынужден был оплачивать, считая, что так компенсирую сыну то, что из-за командировок часто отсутствовал в его жизни. Хотя в промежутке между поездками всегда старался включаться в роль отца.
Избаловал, да.
Но теперь пришло время исправлять собственные косяки, так что и вливания в этого оболтуса придется подуменьшить.
— Я понял, пап, — хмыкает он явно обиженно, и на Марьяну смотрит. — Ну ничего. Мы потолкуем с твоей женой позже. Много позже. Ведь родители рано или поздно уходят. К сожалению. Или к счастью. А с твоей-то основной деятельностью…
Вот же сучок. Мне смешно, как он пытается задеть меня, но я только успеваю открыть рот, чтобы его заткнуть, как вдруг:
— Не смей! — вдруг рычит из-за моего плеча Марьяна и шагает вперед: — Никогда в жизни не смей говорить ничего подобного своему отцу, придурок! Он герой! И настоящий мужчина, в отличие от тебя! И жить он будет долго и счастливо. Уж я об этом позабочусь!
Ух ты. Я на секунду вылетаю глядя, как моя нежная жена в миг превращается в фурию, стоило моему бестолковому сыну зацепить меня.
Такого поворота я точно не ожидал.
И похожу Влад тоже.
Он даже отступает от греха подальше, видимо решив, что Марьянка может и с кулаками на него броситься, если он решит продолжить. Я-то его пальцем никогда не тронул. Вот он и язвит, считая, что отец все простит. Но с Марьяной такой номер не прокатит, походу. Я и сам удивлен. Не привык, чтобы меня вот так яро кто-то защищал.
— К слову, — наконец включаюсь, желая поскорее закончить этот непростой разговор. — Когда меня не станет, разговаривать с моей женой придется еще вежливей, — пожимаю я плечами. — Ведь я на нее все свои активы переписал. Научишься работать — может и договоритесь на совместное управление компанией. Не научишься Марьяна сама справится. И у меня теперь вон еще одна наследница появилась, — киваю в сторону кухни, куда унесли Софку. — И времени достаточно, чтобы научить всему.
— Да она же тебе никто! — вопит Влад. — А я — сын родной! Ты из ума выжил?!
— В том и дело. Что я в уме. Потому и прошу тебя пока не поздно, чтобы ты за свой ум наконец взялся, повзрослел, осознал цену деньгам и труду, и тогда мы поговорим снова.
Влад явно хочет сказать мне что-то еще. А может и не мне. Судя по обвиняющим взглядом на мою молодую жену, он бы сейчас крепко высказался в ее адрес. Но знает, что я не потерплю. Да и она, судя по воинственному виду, едва держится, чтобы ему не навалять за все, что он выкинул в последние сутки.
Однако что-то внутри не дает мне расслабиться, когда она вот так рядом с моим сыном.
И нет, я знаю, что он никогда не навредит ей. Ведь мой сын слишком зависим от меня финансово и это некая страховка для моей жены.
Дело в другом…
Что если она все еще… хочет быть с ним? Ведь еще вчера они были парой.
Что если они еще могли все исправить, но я влез и не оставил им возможности?
Что если она все еще… любит его, как говорила сама еще вчера?
Если ее «я тебя тоже» было вовсе не о любви? А о примитивном желании.
Тоже хочу? Но не люблю.
Что я тогда буду с этим делать?
Влад наконец разворачивается и уходит. А я так и стою, изучая свою красавицу жену, которая так и смотрит ему вслед. Хмурится. И губы поджимает как-то уязвимо.