(не) фиктивная жена офицера: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алексей Михалыч вдруг подается ко мне и жадно ловит мои губы своими. Тут же подхватывает за талию, и я вдруг осознаю, что он уже лежит между моих бессовестно разведенных ног. А я и не заметила, как мы сменили положение. Однако теперь… чувствую как бедро опаляет горячая напряженная плоть. Он явно готов выполнить мою просьбу. Стать моим первым. А я… Я просто в панике от того, что сейчас происходит. От того, что я решилась на такое. Меня кидает от страха, к предвкушению, а затем обратно и так по новой. Но сильнее всего чувство, что я бы не хотела, чтобы сейчас на его месте оказался кто-то другой…

Чувствую непривычное давление внизу живота. Кажется сейчас-то все и случится. Страшно, да. Но я стараюсь не выдавать этого.

Пытаюсь отвечать на поцелуй, чтобы не быть в его глазах совсем уж деревянной, но с моих губ срывается предательский всхлип. И он тут же улавливает его.

Замирает.

Отстраняется и в глаза заглядывает строго:

— Я все еще могу остановится, если хочешь? — вдруг спрашивает он.

— Н-нет… Ал-лексей Мих… — осекаюсь, вспоминая, что он только что обозначил неуместность столь формального обращения, и тут же исправляюсь: — Ал-лексей… я не хочу…

— Леша, — исправляет меня он. — Этого будет достаточно.

— Л-леша… — выдыхаю ни жива, ни мертва. Будто проверяю его реакцию на свою несказанную дерзость, которую он мне сам и позволил.

И реакция мне нравится. Снова эти паутинки в уголках глаз. Будто за ними улыбка прячется. Такая теплая. Будто ему нравится.

— Хорошо. Теперь говори, — приказывает он. — Чего не хочешь? Чтобы я продолжал?

О боги. Я сейчас просто сгорю от позора. Прикрываю глаза, чтобы не видеть его лица, иначе умру просто от стыда:

— Не хочу… н-не хочу, чтобы останавливался.

Он даже не отвечает ничего.

Прижимает меня теснее к себе, и… толкается бедрами мне навстречу.

Глава 25. Алексей Михалыч

Марьяна вздрагивает в моих руках и я тут же замираю.

Она сдавленно скулит от боли, а я уже жалею, что повелся на эту глупость неразумную. Пожадничал. Захотел попробовать каково это — первым у кого-то стать. Только не учел, что размеры мои пожалуй никак не подходят для такого дела. Она же пиздец тесная какая, и я, едва проникнув в нее, уже готов кончить от удовольствия. Только всхлипы ее не дают расслабиться.

— Тише-тише, девочка, — шепчу, слегка отстраняясь, чтобы заглянуть ей в глаза. — Сейчас пройдет, — бормочу, успокаивающе, в надежде, что так оно и есть.

Черт его знает, если честно. Я ведь понятия не имею сколько должна длиться эта боль. Насколько она острая. Слышал, что все индивидуально. Но подозреваю, что от партнера тоже многое зависит. Так вот я — худшее, что могло случиться с этой малышкой.

Гляжу в ее заплаканной лицо и мысленно кляну себя. Надо было остановиться. Отказаться. Объяснить как-то, что не подхожу я ей. А теперь…

Пиздец!

Судорожно поглаживаю грубыми пальцами разметавшиеся светлые волосы. Осторожно целую ее влажное от слез лицо. И тихо ненавижу себя, чувствуя, как стремительно трезветь начинаю.

Пьяный идиот! На кой черт на девчонку глупую повелся. Вообще смотреть на нее не должен был! Но я наоборот, как очарованный, постоянно пялился на нее исподтишка. И когда в душ к ней зашел случайно… думал кончу прям там. Она оказалась еще красивее, чем я ее представлял себе. А я представлял, дьявол свидетель. Когда она куталась в полотенце у бассейна, стесняясь как другие девчонки ходить в одном купальнике на вечеринках моего сына. И когда полностью одетая была — я тоже не мог перестать думать о том, что у нее под одеждой. И что бы я хотел с этим всем делать…

Подходят ли мои огромные ладони для ее явно небольшой груди. Насколько она мокрая, когда возбуждена. Как она стонет, если в нее войти.

Теперь я все это знаю. Но не чувствую, чтобы мне легче становилось. Хотя судить еще рано. Сначала закончить начатое. Это ведь похоть чистой воды. Сейчас вот утолю этот дикий голод из-за глупой девочки и отпустит меня наконец-то.

— Если хочешь, на этом можем закончить, — шепчу в ее судорожно подрагивающие губки и сам не понимаю, почему так делаю. Разве не собирался закончить с ней, чтобы полегчало?

— Р-разве это-то будет… считаться? — поднимает на меня мокрые глаза.

— А разве нет? — хмурюсь, а дыхание сбилось к чертям. — Ты точно больше не девственница. Значит твою просьбу я выполнил.

— Я просила не просто лишить меня девственности, а стать моим первым, — вдруг говорит она на удивление уверенно. — Значит показать пример, как должно быть. Но если мы остановимся сейчас, то ничего кроме боли я не получу в свой первый раз, — и влажными ресницами невинно хлопает.