Трюм: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет, — выдавливаю я; жалкий, слабый хрип. Я пытаюсь вырваться, но я беспомощна, мои мышцы атрофировались от страха.

Гул корабля становится громче, пульсируя, как огромное сердцебиение, пока не оглушает меня.

— Нет, что? — требует Лили; ее голос прорезает шум, как раскаленная сталь. Ее глаза дикие, а лицо начинает деформироваться, превращаясь во что-то чудовищное, неузнаваемое. Ее голос эхом разносится во мне, болезненный с каждой реверберацией. — Ты не можешь отрицать этого, — выплевывает она. — Мы все видели, что ты сделала. Я покажу тебе.

И она начинает разворачивать свою кожу, сдирая ее, как одежду, обнажая ярко-красную кровь, сухожилия и лунно-белые кости, пульсирующие вены, поблескивающие мышцы.

Наконец я кричу, и всё меркнет.

Я одна в своей комнате.

Кажется, я просто моргнула, и Лили вдруг исчезла. А теперь я здесь. Мой комбинезон застегнут до горла, скрывая дрожащее тело, хотя я всё равно чувствую себя ужасно беззащитной. Коварный гул корабля заглушает стук моего сердца.

Я спотыкаюсь, протирая лицо рукой.

Мгновение назад Лили показывала мне свои внутренности. До этого моя спина была прижата к стене, бедра всё еще блестели от пота, обхватывая Дориана. Но я стою здесь, как будто… как будто это был сон. Как будто никого из них здесь никогда не было. Но кожа горячая и чувствительная, губы всё еще припухшие. Едва осмеливаясь дышать, я медленно расстегиваю комбинезон ровно настолько, чтобы просунуть руку внутрь, между ног.

Я влажная, белье пропитано насквозь. А когда я вытаскиваю руку и подношу к свету, на пальцах густая белая сперма.

— Нет, — шепчу я. Как долго я здесь стою? Как долго я была одна в своей комнате, выебанная и оставленная забывать?

Почему я не могу вспомнить?

— Дориан, — мой голос слабый, надломленный. Я отказываюсь думать о Лили. Отказываюсь принимать ее гротескный образ. И как только я делаю этот отказ, воспоминание начинает меркнуть. Я представила ее в порыве эмоций. Я выдумала ее в своем страхе и удовольствии, смешав и спутав чувства.

— Дориан, — повторяю я. В голосе паника. Мое тело отделяется от меня, словно сердцебиение медленно уплывает в ночь, дрожащие пальцы растворяются из виду, а я — лишь одинокая пылинка на просторах бескрайних звезд.

Бездумно я сую руки в карманы в поисках утешения или, возможно, напоминания. Но карманы пусты. Я отчетливо помню, что положила туда что-то, что берегла. Но теперь это исчезло. Я что-то уронила?

Смотрю на пол, и сердце екает.

Там красные, жидкие следы: мои следы. Они ведут от двери туда, где я стою, всего несколько шагов, но они ясны как день: кровь. Густая и влажная. Совсем как та кровь, что я видела на своих руках.

Страх возвращается, и я принимаю его, хватаясь за него отчаянными пальцами. Это всё, что напоминает мне о том, кто я, что я такое. Я человек. На задании. На инопланетном корабле.

Я знаю, что должна осмотреть следы. Может быть, это игра света. Очередное видение, галлюцинация. Но мой пульс кричит об опасности, легкие сжимаются, и я задыхаюсь от потребности сбежать. Далеко-далеко. С этого корабля. Если я побегу быстро и далеко, я оставлю кровавые следы позади, и они растворятся, превратившись лишь в воспоминание, а однажды и это воспоминание исчезнет навсегда.

Я вырываюсь из комнаты и несусь сломя голову по коридорам корабля. Миную еще одну дверь в свою комнату, потом еще одну такую же, и еще. А может, это и не моя комната; может, корабль наконец-то открылся мне, позволив блуждать по нему полностью, без присмотра. Или, возможно, я просто мчусь в ужасе по кругу, пожирая собственный хвост, как обреченный уроборос.

Легкие горят. Я начинаю спотыкаться, слабея, поддаваясь тяжкому грузу страха и пределам своей и без того низкой выносливости.

Слева внезапно открывается новый коридор, и я устремляюсь туда. Зрение затуманено слезами, страхом или и тем, и другим. Легкие кричат, требуя воздуха, но я не прекращаю бежать. Я должна продолжать. Должна выбраться.

Свет теперь тусклее, или, может быть, это стены темнеют, багровые, насыщенные и кроваво-красные, с них капает, как мокрая краска.

Эти коридоры залиты кровью. Они всегда такими были?

Мои ботинки скользят по запекшейся крови. Словно полы содрали, обнажив живую плоть под ними, а гул — это дыхание самого корабля, звук жизни, пульсирующий через это нечто, что съело меня, проглотило целиком, и деваться некуда, кроме как глубже внутрь.

И по мере того, как я продвигаюсь, гул становится всё громче и громче — ударный пульс по моим барабанным перепонкам, мозгу, всему телу. Если этого не существует, но я слышу и чувствую это, разве это не делает его реальным?

Вещи на стенах начинают шевелиться, когда я прохожу мимо. Я не хочу видеть; я отказываюсь смотреть на то, что медленно появляется, извиваясь в тени.

Я не буду смотреть.

Но мне приходится.

Мои шаги замедляются, легкие борются за воздух, а мышцы кричат от перенапряжения. Я останавливаюсь, чтобы сделать вдох, другой, третий. Стены плывут, как черно-красный суп, и что-то ползет, или плывет, или тащится рядом со мной.