— По нулям.
— Так ни до чего и не договорились?
Дмитрий покачал головой.
— Не согласен продавать?
— Нет, — нехотя отозвался Дмитрий.
— А через обмен как-нибудь?
— Серега, я уже все перепробовал. Ни в какую — уперся, как пень.
Они прошли еще немного, дружно присели на ветхую скамейку, молча закурили.
— Ты сказал ему, зачем тебе деньги? — снова начал приятель.
— Сказал. Для него это пустой звук. В его время все по-другому было.
— А дача? — продолжал допытываться Серега. — Он же на ней не живет.
— Там тетка пасется — сестра матери — со своим выводком.
— Гони тетку в шею и продавай дачу!
— Да не моя дача, — вздохнул Дмитрий. — Отцовская!
Серега затушил окурок:
— Смотри, Димка... Если не нажмешь сейчас на отца, потом сам локти кусать будешь.
— Что ж мне, убивать его теперь?! — мрачно огрызнулся Дмитрий.
— Ну, не убивать... — Серега состроил кислую мину: мысль приятеля не показалась ему такой уж дикой. — А воздействовать надо повнушительнее.
— А конкретно?
— Да хотя бы... припугнуть.
— Чем?
— Можно залезть в квартиру, инсценировать ограбление... Копыта он сразу не откинет, а вот сговорчивей станет это точно. — Серега поглядел искоса: — Если что — ребят я найду.
— Скользко это все... — покачал головой Дмитрий.
— Мозгуй тогда сам. У тебя есть еще варианты?
Начало надоедливо моросить. Дмитрий поднял воротник пальто.
— Ладно, я подумаю, — сказал он, вставая.
— Думай, но побыстрее — поезд уйдет, — Серега подкатил молнию к шее и выругался: — Да что за гадость — все за шиворот течет!
— Время такое, — усмехнулся Дмитрий.
А время было туманное, не до конца понятное, но перспективы сулило заманчивые. Ветер перемен пьянил тогда многих, хотя мало кто понимал, в каком направлении он дует.
Дмитрий же остро ощутил, что действовать надо быстро, решительно. Трудностей он не боялся и готов был на многое, но... нужны были деньги... Все, что требовалось сейчас, это раздобыть деньги. А ведь они были! Он прямо сидел на них. И это были его деньги. Ну... родительские, конечно... Но разве это не одно и то же? Иногда ему казалось, что они уже лежат у него в кармане. В то время как в кармане болтались какие-то странные крупноформатные купюры, впрочем, ничего уже не стоившие...