— Конечно. Для отдела взыскания задолженностей по кредитам. Они тебя просто обожают. Это единственные люди, которые тебя ищут и волнуются за тебя. И должна признать, они напоминают о себе с завидной настойчивостью.
— Почему ты хочешь любой ценой испортить мне день?
Девушка оглядела его сверху донизу, проигнорировав вопрос. Затем покачала головой:
— Ты выглядишь лет на двадцать старше. И у тебя вид человека, который тайком ночует в сырой кладовке книжного магазина. Ты мало и плохо ешь, держишься на кофе и…
— Еще нет и половины десятого утра, а ты мне уже мозг вынесла, как никогда прежде. Скажи мне, какого черта ты от меня хочешь, и закончим на этом.
Патрисия довольно улыбнулась.
— Я записала тебя к парикмахеру — невинно сообщила она. — Он ждет тебя через четверть часа.
— С чего бы вдруг? — Марцио провел рукой по взъерошенным волосам, потерявшим форму из-за недостаточного ухода. — Все и так прекрасно, я не понимаю зачем…
— А на обратном пути купи себе приличную рубашку, зайди в кондитерскую, возьми каких-нибудь пирожных и захвати в супермаркете капсулы для кофемашины, а то у нас их почти не осталось.
— А с этой рубашкой что не так? — спросил он, разглаживая руками ту, что была на нем надета.
— Возможно, то, что в нее поместятся двое — настолько она тебе велика? И она такая мятая, что похожа на географическую карту.
— Допустим. А пирожные зачем? И главное — для кого?
— Для журналистки, с которой я назначила тебе интервью на одиннадцать.
— Что?!
— Ты не ослышался. Она напишет заметку о тебе и о магазине. Своего рода портрет этого места для колонки, посвященной локальным бизнесам. Поэтому веди себя прилично, будь любезным и гостеприимным и натяни на лицо улыбку, потому что нам нужно хоть немного рекламы.
— Забудь об этом! Нет, сделай вот что: позвони ей прямо сейчас и отмени все. Ничего не будет.
— Даже не подумаю. Ты не только дашь интервью, но и постараешься произвести хорошее впечатление. А, и конечно же, ты должен будешь все время держать котов на руках. Полагаю, тебя будут фотографировать.
— Ага, мечтай…
— Тогда я уволюсь. Прямо сейчас.
Мисс Марпл и Пуаро, казалось, поняли каждое слово: они повернулись к книготорговцу, словно ожидая его реакции.
— Что ты сказала?
— Я уволюсь. Знаешь, сколько предложений я получила за эти месяцы?
— Предательница, — процедил Монтекристо. — Ты действительно хочешь оказаться в магазине, торгующем телефонами, или в ювелирном бутике?
— Нет. Но только если ты сделаешь то, что я говорю. Приведи себя в порядок и возвращайся к одиннадцати. А я тем временем немного приберусь и придам этому месту божеский вид.
— Ты же не всерьез?
Патрисия скрестила руки и принялась постукивать каблуком по полу. Она знала, что Марцио ненавидел этот цокот.
— Слушай, а может, возьмешь выходной? — попробовал он задобрить помощницу. — Я сам управлюсь в магазине. Ты много работала в последние недели…
— Увидимся в одиннадцать. Смотри не опаздывай!
— Но…
— Не забудь: рубашка, пирожные и кофе. И улыбки. Улыбайся, как если бы тебе за них платили.