«Да понял я, понял, — обескуражено пробормотал подросток. — Ну и что нам теперь делать? Тебе от этого стало легче? Ведь как ни крути, а только что ты доказал, что это самый настоящий сержант Скотт».
«Ничего подобного, — Айзек почувствовал, что ему дышится легче и свободнее. Он вдруг увидел в конце бесконечного тёмного коридора свет надежды. — Ничего подобного, повторил он. — Всё, что нам понадобится, это объяснить парню, кто он на самом деле».
«Ты думаешь, так будет лучше? А может быть, в жизни он славился как маньяк-убийца? Или некрофил-гомосексуалист? Или каннибал? Представляешь, что случится, если ты подаришь ему его собственное “Я”? — голос воображаемого толстого мальчишки звучал встревоженно. — Почему бы ему не прикончить привязанного к креслу беспомощного старика?»
Айзек озадаченно замолчал. В эту секунду он вновь вспомнил о Люке Девро. Доктор повернулся и посмотрел в сторону морозильной камеры.
Сердце его, уже было затрепетавшее в радостном предчувствии, вновь упало в пропасть. Люк по-прежнему спал. Зато открыли глаза три других унисола. Однако и в них Дункан не заметил каких-либо признаков жизни. Иней придавал их телам мертвенно-голубоватый оттенок, и они напоминали зомби из третьесортного фильма ужасов. Но их существенное отличие от киношных монстров заключалось в том, что унисолы действительно жили и действовали.
«А ведь они ждут, — вдруг пришло в голову доктору, — ждут приказов этого полоумного парня, который сейчас сидит в кабине трейлера. И трудно сказать, что придёт ему в голову. В чью пользу склонится чаша весов, когда действие “Дельты-12” закончится. Вакцина будет активно действовать ещё двое, максимум трое суток, — прикинул доктор. — А дальше Скотту придётся расплачиваться за то состояние, в котором он пребывает сейчас. Две разных личности в его мозгу начнут бороться за право жить. Помнится, что-то похожее когда-то давным-давно он читал у Брэдбери. Однако в случае с Джи-Эр-13 это произойдёт в реальности. Одни из этих двоих должен будет вытеснить второго. И оттого, кто победит, будет зависеть, каким станет унисол. Хотя, что касается лично его, Дункана, он предпочёл бы вообще не иметь дела с унисолами».
Пока же ему оставалось только ждать. Ждать и надеяться на чудесное спасение. В частности, на Люка Девро.
Вопрос был решён, и Скотт вновь нажал на акселератор. В общем-то, задержка не входила в его план, для осуществления первого этапа которого требовалась ночь. Первое и абсолютное условие. До того как наступит утро, он должен быть, уже далеко.
Скотт опустил стекло и выставил одну руку на улицу. Ветер, врывающийся в кабину, показался ему просто ласковым поглаживанием. По крайней мере, он нес облегчение. Холодный, ночной, пахнущий пряностями и травами.
Справа, метрах в ста пятидесяти, ревела, ворчала, блестела разноцветными огнями автомобильная река Шестьдесят седьмого шоссе. Однако сержант рассчитывал отыскать более пустынную дорогу. В таком штате, как Техас, где фермы громоздятся одна на другой, их должно быть множество. Не будь это слишком опасным, он отправился бы в Биг-Лейк. Однако у сержанта существовали серьёзные опасения относительно того, что скоро, очень скоро, этот маленький городок прочешут и перевернут вверх дном. Не исключена возможность, что они успели бы убраться раньше, но город автоматически подразумевает свидетелей. А Скотту вовсе ни к чему были лишние глаза. Все нужно сделать чисто и тихо.
Неожиданно прямо впереди, метрах в ста, показались огни грузовика. И Скотт понял, что нашел именно то, что хотел. Он проехал ещё немного, а затем заглушил мотор и погасил фары. Минут через десять там, где только что проехал грузовик, появился второй. Судя по шуму моторов, это были массивные рефрижераторы.
Унисол выбрался из кабины и пошёл к кузову. Открыв дверь, он забрался в лабораторию и остановился, оглядывая морозильную камеру. На Айзека Дункана унисол не обратил ни малейшего внимания, словно того не существовало вовсе. И на данный момент для Скотта так оно и было.
Он с удовлетворением отметил, что кое-кто из ребят уже пришёл в себя. Ещё полчаса, максимум час, и весь его взвод будет в сборе. Готов действовать. Он улыбнулся, поворачиваясь к связанному доктору.
— Ну что, доктор, как провели время?
Айзек смотрел на него любопытным взглядом.
— Сержант Скотт, — наконец произнёс он.
— В чём дело? — унисол сделал два шага в сторону кресла, давя каблуками валяющиеся на полу ампулы.
— Как вас зовут? — вдруг неожиданно резко спросил Дункан.
Сержант усмехнулся.
— Эндрю. Если вы забыли, доктор, могу вам напомнить. Эндрю Скотт.
— Нет, я спрашиваю не об этом имени, а о втором.
Айзек почувствовал, как сердце его тревожно забилось. Что-то сейчас произойдёт? Что скажет ему сержант? Пожалуй, в этот момент он испытал серьёзные сомнения относительно своих предположений.
— Не понимаю вас, доктор.
Скотт продолжал улыбаться, однако Айзек уловил в его глазах какое-то изменение. В них возникла едва заметная дымка, словно унисол пытался что-то вспомнить и никак не мог этого сделать.
— Я имею в виду второго человека, который живет сейчас в вашей голове.
— Второй человек? — удивлённо переспросил Скотт. — О чём вы говорите, доктор?
Дункан почувствовал, что он словно летит в бездну. Вся его уверенность лопнула, как мыльный пузырь.
— Вы вовсе не сержант Скотт. Вас зовут иначе. Сержант Скотт лишь ваше ложное воспоминание.
— Надо же, как интересно, — Скотт улыбнулся ещё шире. — Кто это вам рассказал, док?
— Дело в том, что вам ввели двойную дозу препарата под названием «Дельта-12». Под его влиянием в вас совместились две личности. Ваша настоящая личность и ложная — личность сержанта Скотта. Вспомните, как вас звали?